Книга Шаг вперёд, два шага назад, страница 63 – Маруся Хмельная

Я поняла, что он имеет в виду, и хмуро кивнула.

— Но спасибо, буду знать, каких ошибок стоит избегать со своей женщиной.

— Своей женщиной… Ты планируешь найти её тут? — с сарказмом спросила я.

— Почему нет? Что, тут не найдётся достойных меня девушек?

— Ну почему, могу предложить кандидатуры. Например, моя подруга Нина хоть завтра выйдет за тебя. Хотя нет, Нину мне жалко. Лучше возьмём, к примеру, Жанну. Очень привлекательная девушка, не находишь?

Он внимательно посмотрел на меня, усмехнулся горько.

— Она рассказала, да?

— Что? — неискренне удивилась я.

— Что я трахнул её пару раз, вот что.

— С её стороны всё выглядит несколько иначе. Ты влюбил её в себя так, что девушке крышу снесло, никого она раньше так не любила и больше не полюбит, душевная травма на всю жизнь. А ты попользовался, переступил и пошёл дальше. Чудовищно, разве нет?

— Конечно, ведь я же чудовище! Или ты забыла? Так всегда об этом помни! — разозлился он, и грубо сказал: — Пошли! Приехали. И извини, что без поклонов на выходе. Ведь я же чудовище.

Он вышел из машины с небольшой сумкой, и пошёл в торговый центр быстрым шагом, даже не глянув на меня. Я засеменила за ним.

Ловко лавируя между торговыми лавочками, он направился к чёрному входу, я за ним, стараясь не привлекать к себе внимания. В тёмных закоулках коридора, я его потеряла из виду, шла уже наобум. Перед самой дверью с зелёной табличкой «выход», откуда-то сбоку меня схватила рука и утянула за собой. Мы с чудовищем, а это был он, оказались в какой-то каморке, подсобке, которой редко пользовались, отовсюду свисали клоки пыли. Он чёткими быстрыми движениями доставал содержимое сумки. К моему удивлению, это оказались средства гримировки. Он секундными движениями прицепил себе кустистые брови и усы, ему даже не потребовалось посмотреться в отражение. Что сказало мне о том, что такая процедура для него сродни почистить зубы, проделывал этот номер много раз. Также он достал длинноволосый светлый мужской парик с хвостом, небрежно накинул на голову, а сверху припечатал кепкой. Вывернул куртку, которая, как я сейчас обнаружила, была двусторонней. Дальше принялся за меня.

Достал женский длинный ярко-рыжий парик, нахлобучил и попросил задрать голову. Я подняла, он начал аккуратно его присобачивать, убирая мешающие мои волосы. Когда, по его мнению, парик сел правильно, он достал морковную помаду.

— Накрась пожирнее и поярче.

Не сопротивляясь, я кое-как намазала губы, как он просил погуще, в несколько слоёв. Далее он достал сложенный размером с носовой платок чёрный дождевик и одел сверху на моё пальто, как плащ-палатку. Оглядел свою работу и вынес вердикт:

— В идеале надо сменить обувь или носить неприметные ботинки, но для мастер-класса сойдёт. Пошли.

Он опустил голову, ссутулился и изменившейся походкой пошёл на выход. Я причмокнула губами. Профессионал. Ни за что бы его не узнала, хотя изменений по минимуму. И всё за секунды! Он показывал дорогу дворами и требовал запоминать. В перпендикулярном сзади к нашему доме тоже был проходной подъезд, и мы сначала прошли через него. Потом нырнули в свой и поднялись в квартиру.

— Запомнила? — строго спросил он.

Но я разглядывала себя в зеркале в прихожей. Интересно же посмотреть на себя в новом образе.