Книга Шаг вперёд, два шага назад, страница 222 – Маруся Хмельная

Но моя жизнь коротка, и неизвестно, что будет дальше! Я хочу любить и быть любимой! Хоть ненадолго. Столько, сколько отпущено. Я могу и должна совершать поступки, безумства и ошибки. Это моя жизнь! И только мне решать, как её прожить. Не Алексу! Не Стасу! Не тётям и бабушке. Не этим людям, которые собрались на мою свадьбу. Они посудачат и разойдутся. А мне дальше жить со Стасом — человеком, которого я не люблю, и которого уже не уважаю.

Я не хочу! Даже если Алекс откажется от меня, со Стасом я жить не смогу.

Я вышла из комнаты и остановилась в дверях регистрационного зала, где Стас, переговариваясь с гостями в хорошем расположении духа, ждал меня.

Он широко и счастливо мне улыбнулся, с восхищением осматривая мой свадебный образ. Да, он любил меня. И в отличие от Алекса эгоистичной любовью. Желая завладеть, продавить, подчинить и удержать. Разве это настоящая любовь?

«Доверься своей интуиции», — сказала Агния. Да, я должна больше доверять самой себе.

Я еле видно, для одного Стаса помотала головой. «Прости», — прошептали мои губы.

И я ринулась из ЗАГСа. Побежала так, словно за мной гнались оборотни. Чувствуя облегчение от принятого решения и сделанного выбора.

Вслед мне неслись крики — отчаяния, испуга, недоумения, непонимания, разочарования, злости, гнева.

Но я уже уселась в машину и скомандовала водителю ехать, назвав адрес конспиративной квартиры. Конечно, Алекса там могло не быть. Но там меня хотя бы никто не найдёт в ближайшее время.

Ещё только подъехав к дому, я почуяла неладное. Около подъезда столпились люди и встревоженно что-то обсуждали. Когда я вышла, услышала звериный рёв. Алекс!

— Господи, это ж надо, как скулит! Умер что ли кто? — донёсся до меня сочувственный вздох какой-то женщины.

Я побежала бегом к квартире, путаясь в юбке свадебного платья, стуча по ступенькам каблуками туфель, в которых так и убежала из ЗАГСа, в такт бешено бьющегося и рвущегося вперёд, к страдающему зверю, сердца. Если бы оно могло летать, оно бы вылетело сейчас из груди и рванулось вперёд, к тому, кому уже принадлежало полностью и безоговорочно.

На площадке тоже стояли жильцы и возбуждённо переговаривались.

— Отойдите! Дайте пройти! — проталкивалась я к двери.

— Девушка, вы хозяйка? — строго.

— О. гляньте-ка, невеста… Наша? С какой квартиры? — любопытно.

— Вы почему собаку одну оставили! Это же с ума сойти можно, как пёс скулит и плачет! — возмущённо.

— Да, не по себе аж. Вы бы, девушка, того, не оставляли бедную животину одну дома, — сочувствующе.

— Хорошо, больше такого не повторится. Я прошу прощения. Можно расходиться.

Говорила я, пока открывала и протискивалась внутрь так, чтобы никто из любопытных ничего не увидел.

Зато увиденное потрясло меня. Все стены, дверь, пол, мебель — всё было исполосовано когтями, куски обивки выдраны клоками. Всё раскурочено, раскромсано, распотрошено и разбито. Господи! Сердце облилось кровью.

Я застала Алекса в облике зверя в комнате, скулящего, кидающегося на стены, и бросилась к нему в объятия. Я не думала в тот момент, что он в зверином обличье, о его ядовитой слюне и ужасных когтях. Я не боялась. Я знала, что Алекс не причинит мне вреда.

— Алекс! Алекс, Алекс, Алекс… — шептала я, обнимая его. — Алекс, это я. Я люблю тебя, Алекс.