Книга Развод под прицелом объектива, страница 85 – Ольга Игонина

Заезжаем снова в промзону, уже все заборы знаю, скоро смогу с закрытыми глазами там ходить.

Проезжаем мимо знакомых ворот, еще метров триста и налево.

— Вот, — Костя показывает на огромный ангар.

— Офигеть, это тоже твое?

По масштабу — огонь. Конечно, я еще не знаю, что внутри, но уже сейчас готова схватить ведро с кипятком, белизну и драить стены.

Костя с открываев замки.

Огромный, просто невероятно светлый гараж, не знаю, для таких машин, как белаз, наверное.

— Ого. Тут машины для Гулливера чинят? — осматриваюсь, этажа два вверх.

— Мне нужно было вложить деньги, вот я и купил недвижку. Кто-то квартиры коллекционирует, кто-то на счетах хранит или в крипте. С последним разбираться для меня — как в темный лес сходит, где вся нечисть живет. Времени мало, мозги под другое заточены.

— И они у тебя просто стоят?

— Да, хотел масштабироваться. Открывать еще одну ремонтную, для сельскохозяйственной техники, да все руки не дошли. Эт коллектив набрать, со всеми сработаться, всем учиться доверять. Денег, конечно, можно поднять, а жить когда? Да и я один, сколько мне надо, все основные потребности закрывает то, что есть. А о миллионах я особо никогда не грезил. Это ради детей бы, жены...

Мне показалось, что голос дрогнул, и небольшая, кривоватая морщина поползла по лбу Кости.

— Ты бы хотел детей? — не знаю почему, но решила поднять этот вопрос. Может, потому что я бы все отдала за ребенка, но… моя жертва не принята.

— Конечно, мне кажется, когда женщина хочет от тебя ребенка, рожает его, для мужчины — главное событие. Малыш от любимой женщины, — как будто куда-то в пространство. Может, это озвученная мечта, которая обязательно воплотится в жизнь. Странно, что Костя до сих пор один. Женщины, вы ослепли или заелись?

— А ты? Вы с мужем не дошли до этого этапа.

Пальцы снова во рту. Стыдно обнажаться, когда все твое тело и душа изуродовано невидимыми шрамами.

— Ульян, — подходит близко, почти вплотную. Замираю. — Если об этом говорить больно и неприятно, то и незачем.

Снова берет меня за руки.

— Скорее всего, я не могу иметь детей. Не получается, молю, чтобы слезы не полились, в горле ком.

— Все будет, — крепко обнимает и целует в макушку.

Кажется, он тоже смущается.

— Так, лирику на потом, — отходит немного. — Моем, чистим, завозим оборудование?

Кивает в сторону амбара.

— Да! Тут, наверное, холодновато-то будет.

— Привезу тепловые пушки, у меня есть немного. Когда первая съемка?

— Завтра...

— Отлично, у нас есть почти сутки, все привести в порядок. Садись и пиши все этапы: грузоперевозки, вода, еда, что там еще надо. И начинаем работу.

Через час работа кипит. Все моется, проветривается, на улице собирается подиум для фото. Не понимаю, как так быстро можно все организовать. Я и сама всегда откликаюсь на любое мероприятие или если кому-то нужна помощь. Но, чтобы вот так.

— Тебе к освещению фары от камаза не надо? Будут как прожекторы, — Костя вытаскивает большие лампы из коробка. — Вроде не желтят.

Так, странно видеть, что руководитель, может не только раздавать указания, но и сам перетащить паллеты или протереть окно.

— Я не знаю, у меня никогда такой не было, — смеюсь. Это уже историческое, нервная система не вывозит.

— Мне кажется, ширмы нет. Куллер с водой завтра к семи привезут, чайник из дома принесу, туда же чай, кофе.