Книга Пока не найду, страница 246 – Кристина Янг

Я кое-как пытаюсь приоткрыть тяжелые глаза, но они будто слиплись между собой. Я понимаю, что лишь мучаю себя и просто пытаюсь заново заснуть.

Сон в моем случае — это спасение. Я крепко осознаю, в какое дерьмо вляпалась, отчего мне не хочется возвращаться в реальность. Я хочу заснуть и не думать о своей дальнейшей участи. Она настолько туманна, что мозг получает свободу мыслей и вот я уже раскидываю кучу вариантов, не находя никаких сил блокировать этот бесконечный поток.

Я больше никогда не увижу Уильяма.

Я окажусь в золотой клетке, в которой продолжатся мои тягостные мучения.

Моя жизнь снова превратится в кошмар.

Я не вынесу этого и просто покончу с собой.

Смерть. Только смерть спасет меня от Джексона. Как бы я не отрицала этого факта, хватаясь за свое стремление к жизни, за свою внутреннюю силу, которая держит меня на плаву среди разбушевавшегося моря жизни, но это неоспоримо и неизбежно. Я снова в лапах чудовища и это словно предписано в моей судьбе. Он найдет меня везде и не позволит жить счастливо.

Так получается, что некоторым не суждено быть счастливыми. Таким людям остается только два выбора: или бороться бесконечно, каждый день тонуть в океане отчаяния и безысходности, или облегчить свою участь и просто прервать такую жизнь.

Внутренний сильных дух, который Джексон снова закопал, орет, осуждает. Но я не вынесу… Я бы боролась, будь моя жизнь тягостна обстоятельствами. Но я не смогу бороться с тем, что всегда оказываюсь в клетке Джексона, где он меня мучает и наслаждается. Это капкан, в котором я задыхаюсь, который тянет меня вниз, в непроглядную темень, куда даже не достает малейший свет надежды. Карабкаться в этой густой жиже и тратить попросту силы не имеет никакого смысла.

Я так стремлюсь к счастью, но как бы я не старалась, меня ждет очередной провал. Так и опускаются руки у человека. Так и теряется мотивация бороться дальше, когда постоянно спотыкаешься о неудачи на своей дороге к цели.

Отчаяние поглотило меня, заставило смириться с участью и будто бы начало убаюкивать, успокаивать. Я видела сны, яркие картинки, которые складывались в сюжет. Кажется, это моя прошлая жизнь.

Не знаю, сколько мне удалось проспать, но меня разбудил внезапный всплеск воды на моем лице. Я громко вобрала в себя воздух и начала потирать глаза пальцами. Вторая рука по ощущениям будто не существовала, поскольку я ее не чувствовала. Но когда я дернула ею, столкнулась с препятствием. Открыла глаза и быстро поморгала ими, чтобы отогнать туманность, и убедилась, что моя рука в наручниках, сцеплена к изголовью кровати.

Я сначала запаниковала, но затем резко замерла, когда почувствовала чье-то угнетающее и пугающее присутствие. Медленно повернула голову в сторону, ощущая, как в груди сильнее начинает стучать сердце, а дыхание судорожное, боязливое.

Он сидел на стуле, закинув ноги на ногу и с аппетитом поедал зеленое яблоко. Но его безумные глаза поедают жадно меня. В этом безумстве кроются ненависть, гнев, желание убить.

— Ты совсем спятил? — дрожащим голосом заговорила я, еще раз дернув рукой. Металлические наручники лишь противно звякнули в протесте и поцарапали запястье.

— Спятишь тут, когда твоя женщина любит другого и сбегает с ним, — ответил он и снова с жадностью надкусил яблоко.