Книга Бостонская ведьма, страница 58 – Андреа Каталано

— Какое же ты чудо! – заявил Сэм.

— Да уж, чудо – всего-то десять месяцев, а уже пошла! – Элис дала малышке пососать кусочек сахара в награду за труды.

— Прямо как ее матушка! Ну и счастливый же ты человек, Томас! – Сэм от души хлопнул его по спине.

— Уж не знаю, не знаю… – пробормотал тот и, подхватив Бесс с пола, пристроил ее на колени.

— Милые все еще бранятся, да? Сколько уж времени прошло, месяц? – со смешком уточнил Сэм. – Это пройдет. Вы ведь, поди, многое пережили вместе.

В самом деле, Мэгги и Томас вместе проходили и через хорошее, и через плохое, но никогда еще их ссоры не выходили такими долгими и болезненными. И никогда прежде Томаса так не разочаровывало поведение жены.

— Сэм, не суй нос в чужие дела, – проговорила Элис, сидевшая напротив Томаса. Она внимательно смотрела на него, нахмурив лоб. – Это из-за той сцены с Холлами, случившейся тогда возле молельного дома, так ведь?

— И это я, значит, сую нос не в свое дело? – фыркнул Сэм.

— Да, именно так, – Томас покачал головой. – Мэгги – упрямое и вспыльчивое создание. И никак не желает укоротить язык.

— За это ты ее и любишь, – заметила Элис.

— Сказать по правде, в последнее время я не испытываю особой нежности. Мэгги со мной так и не разговаривает.

— Ничего, остынет со временем, – уверенно кивнул Сэм. Элис оглянулась на мужа, подняв брови, – она явно не разделяла его уверенности.

— Если ты хочешь как-то изменить ситуацию, то тебе и стоит заговорить первым. Но это всего лишь мое мнение.

— Ты права. Но на этот раз я не буду этого делать. Это ей стоит передо мной извиниться.

— Мне кажется, ты не из тех людей, кто способен долго держать обиду, – Элис дотянулась через стол и вытерла подбородок Бесс полотенцем.

— Пожалуй, в этот раз я имею право обижаться. Мэгги попросту не осознает всю тяжесть обвинений миссис Холл.

И Сэм, и Элис лишь молча кивнули в ответ – они тоже понимали, чем могут грозить эти слова. И Томасу оставалось лишь гадать, почему этого не хочет понять его жена.

* * *

— Прошу, мистер Джонс, присаживайтесь, – Мэри, служанка вдовы Хэллет, с порога парадной гостиной гостеприимно махнула рукой в сторону красивого резного кресла у самого очага, рядом на изящном столике стояла свеча. Томас с готовностью занял предложенное место.

— Госпожа скоро спустится. Она велела мне угостить вас напитком, – Мэри поставила перед ним кружку.

— Огромное спасибо, – откликнулся Томас, разглядывая капельки испарины на округлом боку кружки. И, когда Мэри ушла, сделал глоток – это оказался добрый стаут, оставивший послевкусие дымка и чего-то сладкого. Этим утром Томас не завтракал, так что стаут приятно отяжелил пустой желудок.

Затем он взглянул на свечу, горевшую в изящном стеклянном светильнике. Та оказалась не из сала – на кромке светильника почти не было нагара, а запах от него исходил тонкий и сладковатый. Хорошо же жили в этом доме, раз могли себе позволить жечь восковые свечи в пустой комнате в дневные часы, когда света и так хватает. Томасу подобная расточительность казалась чем-то сродни выбрасыванию денег в море.

Море… Пламя свечи начало колыхаться, приняло форму маленькой сияющей лодочки, покачивающейся на волнах. «Как странно», – подумал Томас, потирая лоб, он отчего-то чувствовал себя не в своей тарелке. Да, он хватил стаута на пустой желудок, но кружка эля заменяла ему завтрак с тех пор, как он себя помнил. Надо будет спросить у Мэри, из чего варили эту выпивку – может, рецепт какой-то усиленный… Томас спохватился и зачем-то огляделся по сторонам. Где он вообще находится? И зачем сюда пришел?..