Книга Бостонская ведьма, страница 15 – Андреа Каталано

— Мой дом – там, где ты, – ответила она, не глядя мужу в глаза. Поймала его за запястье, заставила вытянуть руку и, проведя влажной примочкой по разогретой коже, подула – и Томас передернул плечами от неожиданного холодка. – Но почему бы нам не съездить туда через годик?

Томас крепко взял ее за подбородок и заставил поднять голову, чтобы наконец-то посмотреть ей в глаза.

— Нет. Ни за что и никогда. Вернуться – значит позволить тебе нырнуть в омут опасностей.

Пальцы Маргарет сомкнулись на его запястье – и сжали не менее крепко.

— Я чувствую еще большую опасность здесь, в Массачусетсе.

— Какую опасность? Прекрати нести чушь, – Томас выпустил ее подбородок и развернулся к верстаку.

— Это не чушь, Томас, это правда, – Мэгги обошла стол и встала так, чтобы видеть лицо мужа. – Я не доверяю вдове Хэллет. Мне не нравится, как она на тебя смотрит.

То странное чувство, что осталось после визита вдовы, снова зашевелилось внутри, но Томас постарался отогнать его и неловко пошутил:

— Ну-ну, Мэгги, не в твоем характере ревновать.

Та одним резким движением ухватила стамеску и швырнула через весь сарай. Инструмент врезался в стену и с громким звоном отлетел на пол. Мэгги скрипнула зубами. И Томас понял – он разбудил в жене зверя.

— Я не ревную! Я боюсь!Ее присутствие на пороге ощущалось как темная туча, клянусь тебе! Ты же сам знаешь, что подобные чувства меня не обманывают!

— Ты ревнуешь, и тебе это не к лицу. Я удивлен, – Томас ушел в угол сарая, забрал с пола стамеску и вернулся к рабочему столу.

Жена уставилась на него с такой яростью, что еще чуть-чуть – и она бы, пожалуй, прожгла его взглядом насквозь.

— Она вовсе не из тех, кто может вскружить тебе голову.

— Именно так – она не из тех. И я рад, что ты наконец-то взялась за ум.

— Но в ней таится злоба.

Томас тяжело вздохнул. Предчувствия Мэгги не стоило игнорировать.

— Возможно, она и впрямь способна доставить неприятности, но уж точно не такие огромные, как те, что встретят тебя в Лондоне по возвращении. Ты ведь знаешь, что путь туда нам заказан, – он покачал головой – не раздраженно, но в попытке отогнать жуткую мысль о том, что за голову Мэгги назначена награда. – День, когда ты продала снадобье чокнутой леди Уэмбли, чтобы помочь ей излечить меланхолию, стал последним, когда ты могла спокойно ходить по улицам Лондона. – От этой мысли Томаса до сих пор охватывала злость.

— Откуда мне было знать, что от зверобоя она так кровожадно обойдется со своим мужем? Да даже если бы я и знала, разве могла отказать достойной леди в ее просьбе, не рискуя навлечь на свою голову неприятности? Мы что, до скончания века будем обсуждать эту тему?

Томас досадливо помотал головой.

— Это не у меня Лондон с языка не сходит, а у тебя. И мы не поедем туда – по крайней мере, до тех пор, пока леди Уэмбли не отзовет награду, назначенную за твою голову. Когда простой люд начинает якшаться с аристократами, непременно жди беды. Ведь зачем же даме ее статуса признаваться в тяге к убийствам, куда легче свалить вину на простую лекарку, а? – он сплюнул на пол.

— Но обстановка в родных краях поменялась, – заметила Мэгги, подходя ближе, и взяла мужа за руку. – Война, развязанная Парламентом^[5], поворачивается в его пользу. Разве парламентские войска не разгромили солдат короля при Нейсби прошлым летом? Парламент даст начало новой эпохе, и лорды и леди уже не будут иметь столько власти.