Книга Смертельная глубина, страница 52 – Уилл Дин

Я была в мокрой камере, а когда вернулась сюда, еще один человек оказался умирающим? Что происходит, когда меня здесь нет?

— Брук, – говорит Майк, его рука крепко сжимает мое плечо. – Посмотри на меня. Аптечка.

Я прихожу в себя и снимаю аптечку со стены.

Когда трое мужчин переговариваются искаженными гелием голосами, сложно понять, чего от тебя хотят и о чем спрашивают.

— Пульса нет, – говорит Андре. – Начинаю СЛР.

Он кладет крупные ладони на грудную клетку Спока и нажимает так сильно, как будто пытается вдавить его в металлический пол камеры. Однажды я работала с водолазом на Красном море, которому коллега сломал шесть ребер из-за того, что погружение пошло не по плану и он слишком долго оставался без газа. Тот ныряльщик больше не погружался. Он сказал, что оправиться после перелома ребер и грудины было сложнее, чем после остановки сердца.

Гонсалес возникает за иллюминатором, у нее влажные волосы. По выражению на лице все ясно.

— Адреналин передают через медшлюз, – говорит она настойчиво. – Ждите.

Циклы СЛР – и Джамбо проверяет пульс. Пока он это делает, Майк светит в глаза Споку фонариком, а потом смотрит на меня.

Я гляжу на него в ответ.

Андре продолжает массаж сердца.

— Что еще мы можем сделать, док? – спрашивает Майк. – Скажите нам. Что еще?

Она не доктор, скорее фельдшер или старшая медсестра.

— Воспользуйтесь ножным отсосом. Прочистите дыхательные пути. Смажьте ротовую полость. Продолжайте СЛР.

Джамбо повинуется. Он скрупулезен и организован.

— Брук, можешь подготовить и вставить плечевую канюлю?

Я смотрю на нее.

— Ему в руку.

Я в курсе, куда вставляется плечевая канюля, но никак не могу осознать, что все это происходит снова. Какая-то проблема с газом? Летучий патоген? Вирус, от которого нам не спастись?

Майк делает Споку инъекцию адреналина, а затем я ввожу канюлю.

Он волновался за жену, за ее моральное состояние.

Снова СЛР. Джамбо сменяет Андре. Тот помогает мне подготовить капельницу с физраствором, хотя руки у него красные и болят. Ему приходится убрать маленькое полотенце, полотенце Спока, с крючка на койке, чтобы подвесить прозрачный мешок.

— Пульса нет, – говорит Майк, его голос звучит ровно.

Гонсалес объясняет нам, как надеть на Спока маску с газовым клапаном, которую она называет «маска Лаэрдал», и подключить ее к нашей ВДС.

Лео Бабич, Спок, отец четырех маленьких девочек, получил инъекцию адреналина, его дыхательные пути прочищены. Ему поставили капельницу и делают непрямой массаж сердца.

— Чем еще мы можем помочь, док? – снова говорит Майк, голос звучит немного расстроенно. – Мы должны сделать для него что-то еще.

Я знаю, что дефибриллятора у нас нет. Очень многие медицинские приборы не переживут давления в медшлюзе. Стетоскоп, например, здесь работать не будет. Любые устройства с газовыми полостями или вентиляцией могут выйти из строя или оказаться ненадежными. Кроме того, нам нужно постоянно следить за тем оборудованием, использование которого может привести к возгоранию.

Андре сменяет Джамбо.

— Давай, Спок, красавчик. Не бросай нас, друг. Ну же. Тебя дома ждут.

Вены на руках Андре вздуваются так же сильно, как жила на лбу. Он выглядит так, как будто сам вот-вот упадет в обморок.

Мы работаем в команде. Маска с клапаном, пульс, СЛР, капельница, больше адреналина.