Книга Смертельная глубина, страница 47 – Уилл Дин

Драка вышла жалкая. Тогда я перепила текилы и наблюдала, как парень в дорогом костюме пытался выйти из бара с пьяной девушкой. Они только что познакомились. У него был ужасный взгляд – как у хищника, смотрящего на добычу.

В тот момент его спутница находилась в полубессознательном состоянии. Я поддержала ее, попыталась помочь добраться до такси – и его это взбесило. В итоге парень отделался разбитой губой, сломанным носом и разорванной курткой. Я дралась не на жизнь, а на смерть, и так сильно повредила руку, что в полиции после ареста с огромным трудом сдала отпечатки пальцев. В тюрьме я уяснила главное – как бы мне ни нравилось работать в замкнутом пространстве типа барокамеры, принять то, что меня заперли против моей воли, я не могу.

Этот урок я не забуду никогда.

Трюм кренится, и я могу представить себе, как команда стойко держится на мостике, погружаясь с головой в каждую набегающую волну, ритмично наклоняясь вперед и назад, чтобы справиться с ее силой. Здесь, в центре СОВР, мы защищены от самой сильной тряски. Колодец закрыт, а все, что может болтаться, закреплено. Мы изолированы от внешних рисков, но тут и без них есть чего опасаться и с чем приходится бороться.

Потерять водолаза тяжело. Я поправляю подушку и думаю о родных и близких Пакетика, а еще – об остальных мужчинах в барокамере. Как каждый из них по-своему справляется с потерей.

Майк, возможно, перед сном прочитал молитву, потому что, несмотря на сходство с героем боевика, он убежденный христианин. Андре, должно быть, записал свои мысли в дневник, как делают многие водолазы. Это помогает отмечать течение времени в отсутствие небесных светил и естественного освещения. Возможно, он написал хронологию событий дня или изложил свои собственные страхи и мысли на бумаге. Андре пишет больше, чем все мы, вместе взятые.

В прошлом году Спок сказал мне, что часто считает, чтобы заснуть. Этому его научила бабушка из Хорватии. Он думает о своей жене, учительнице начальных классов, которая скоро станет завучем, и о маленьких дочках, а затем быстро, беззвучно считает про себя, пока не начнет дремать.

К сожалению, Джамбо успокаивает себя перед сном другим образом – если вы понимаете, что я имею в виду. Об этом на курсах для водолазов не рассказывают, но вообще-то многие коллеги так поступают. Подавляющее большинство придумывают способ сделать этот процесс тихим и приватным. Джамбо в том числе. Те, кто издает слишком много шума и чьи койки трясутся, как правило, не задерживаются в море надолго. Если вы делаете что-то, что действует на нервы коллегам, ваши дни в качестве водолаза, скорее всего, сочтены.

Снова болтанка и качка.

Мы не можем переместиться в спасательную шлюпку, потому что там Пакетик и уже запущена декомпрессия. Если корабль внезапно затонет – это маловероятно, но не невозможно, – нас унесет на дно морское, на максимальную глубину, и останется лишь надеяться, что поблизости есть другие водолазы, которые нас спасут. Наша огромная семья выходит за границы этих барокамеры и СОВР. Мы – целая сеть из британцев, малайцев, норвежцев, индийцев, американцев, южноафриканцев и австралийцев. Каждый из нас находится на дне этого водоема и каждый способен и готов прийти на помощь другим, если его попросят. Таково братство глубоководных ныряльщиков.