Книга Сама за себя, страница 61 – Галина Осень

Страшно не ходить беременной, не рожать, а страшно ждать КАКИМ будет ребёнок? Здоров ли он? Нормален ли он? А вдруг?! Кто с ним тогда возиться будет, если она помрёт?! Кому будет нужен такой ребёнок?! Кате?! Лизе?! Павлу?! А вдруг он жениться?!

И вот что за характер у Влады?! Ещё ничего неизвестно, ничего не случилось, а она уже всё наперёд представила, в красках все варианты расписала, выводы сделала и сидит на стульчаке биде слёзками давится. Как Пашке всё сказать? Обрадуется ли он? А вдруг?

Это «вдруг» настолько забило ей мозги, что она уже думать ни о чём не могла. Ей надо было срочно набрать информацию по своей проблеме. Чем больше знаешь, тем легче решения принимать. У Влады всегда так было.

Не обращая ни на кого внимания, дошла до рабочего места, включила ноут и, несмотря на прямой запрет руководства, вышла в сеть с личным запросом: «поздняя беременность, патология плода».

Через полчаса она вышла из сети и тупо уставилась в ближайшую стену остекленевшим взглядом: таких страшилок она и представить не могла. Перед ней разверзлась такая бездна возможных последствий, осложнений, генетических аномалий, что для элементарной радости по поводу новой жизни не осталось места. Она насмотрелась на такое количество замученных родителей, в основном матерей, потому что отцы чаще всего бросали таких детей вместе с жёнами, что даже те крохи радости, которые горели в ней по поводу беременности, испарились почти без следа. СТРАШНО, УЖАСНО, ТРАГИЧНО!

К обеду она накрутила себя настолько, что совершенно не могла работать. И даже пришла к страшному решению – прерыванию беременности. Но потом она вспомнила Пашкины глаза, подумала, что он тоже имеет право голоса в этом вопросе, и что, вообще, они обещали друг другу честно говорить обо всех проблемах.

Пашка, например, каждый вечер ей отчитывался, а у Влады была такая хитринка: умалчивать о некоторых, как ей казалось неважных мелочах. Но тут-то совсем не мелочь.

Влада отпросилась с обеда и решилась поехать к Павлу на работу. Вызовет его на проходную и всё честно расскажет. А уж какое он решение примет будет видно.

Влада чувствовала себя напряжённо. Как будто она должна нырнуть в прорубь и неизвестно удастся ли ей выбраться.

— Паш, ты не мог бы выйти ко мне? Я тебя тут на вашей парковке жду, – позвонила она мужу и сразу же отключилась, не желая ничего говорить по телефону.

Влада начала нетерпеливо прохаживаться по площадке в ожидании Павла. Ни яркое солнце, ни лёгкий морозец, ни искрящийся снег – ничто сейчас не привлекало её и не радовало. Даже новогодние гирлянды и рекламы, украшающие город, всегда любимые Владой, были в этот раз не замечены. Влада тревожилась, и тревога эта была такой сильной, что она просто не видела ничего вокруг.

Павел появился через несколько минут. Видно было, что он торопился, наверное, бежал, потому что слегка запыхался. Расстёгнутая куртка открывала грудь, шею и Владе захотелось немедленно прикрыть его, защитить от холода. Но Павел сам уже обнял её и с тревогой заглядывал ей в глаза:

— Что случилось, Лен? Ты сама не своя?

— Паш…, – у Влады слова застряли в горле, холодные руки подрагивали от внутреннего напряжения. – Вот! – она сунула Павлу в руку целых три вида испробованных тестов: и полоску, и планшет, и струйный. И все с одним результатом: двумя полосками.