Книга Двое на новых рубежах, страница 57 – Галина Осень

— Ты, прав, Игнаций, ты прав…, – согласился князь. – теперь я разрешу Джемме самой выбрать себе судьбу.

— А меня бесит, что хан решил поживиться нашими южными провинциями и для этого сговорился с магами Зелёного острова! – не выдержал Рэдмон. – Ещё и приказал приворожить Марси! Не прощу! Надо что-то делать со степью, Игнаций.

Все правители повернулись к королю, молчаливо признавая его первенство.

— Рубить сгоряча точно не будем, – спокойно ответил тот. – посмотрим, что сейчас предпримут хан и тайджин по поводу шамана….

Король не успел договорить. Дверь юрты широко распахнулась и в неё вошли сразу несколько человек: Кизмен, Акчай, связанный шаман, связанный маг с Зелёного старая морщинистая шаманка с распущенными волосами и цветной тесемкой вокруг головы. Она молчала и посасывала во рту огромную трубку.

— Король, примени ещё раз свой дар! – почти приказал Кизмен. – И на этот раз я хочу присутствовать. Мы связали обоих заговорщиков, на это у Минай силы хватило. Обоих предателей наши духи лишили силы за непотребство возле священного озера. Но Минай не может прочитать, что хранится в их головах, – хан раздражённо дёрнул рукой. – Ты можешь это делать – сделай для меня, пожалуйста.

Казалось, что эта простая просьба выкачала из Кизмена все силы. Не спрашивая разрешения, он сел на табурет и покрутился, принимая более удобную позу. Шаман и маг явно выражали протест, но сказать ничего не могли. Старуха крепко держала в руках концы волосяных косиц, которыми были связаны мужчины. Они и говорить не могли, только вращали глазами, показывая окружающим степень своего гнева и угроз. Но эти попытки никого не впечатлили и не испугали.

— Хорошо, Кизмен, вы можете остаться все и наблюдать допрос. Всё равно мне придётся признаться в своих умениях и выпустить резонатор в производство. Многим пригодится. Поэтому слушайте, можете и сами задавать вопросы. Шар истины покажет ложь.

— Тогда сначала Хагани! Я хочу знать, как этот кусок конского яблока, дошёл до измены, – брезгливо глядя на бывшего друга, потребовал хан.

Ещё вчера они с Хагани вместе обедали в юрте и ели с одного лягана. Да, какое вчера! Ещё сегодня они закрывали вместе великие степные игры, а спустя несколько часов его друг сидит перед шаром истины! О, великие предки! О, бедная Степь!

— Положи руку на шар, – не стал медлить Игнаций. – Имя, титул, род занятий.

— Хагани, нойон, шаман, – коротко ответил Хагани, которому старуха Минай вернула возможность говорить.

— Зачем ты это сделал, Гани?! – сразу влез в допрос хан. – Чего тебе не хватало?!

— Власти! – злобно ощерился шаман. – Почему именно твой род должен стоять во главе степных племён?! Мы с тобой вместе начинали этот путь объединения, но ты отобрал у меня право называться ханом Великой Степи!

— Я отобрал?! – возмутился хан. – Да мне это положено по праву! Ты не воин, никогда не правил даже своим родом. Ты шаман! Зачем тебе власть правителя?! Ты не сможешь!

— А ты можешь? – презрительно скривился Хагани. – Никакого порядка в родах и племенах, кочевники забыли свои обычаи, никто не уважает власть хана. Твой собственный сын живёт по указке женщины – низшего существа, годного только для удовлетворения похоти! Когда такое бывало в Степи?! Твоя дочь вертит задницей перед имперцами, как будто в степи нет достойных нойонов. Твой род выродился, Кизмен, и тебе пора уйти!