Книга Юркины бумеранги, страница 8 – Тамара Михеева

— Как ты меня достала! — не выдержал Андрейка.

Но потом приехала мама, и сразу все стало хорошо.

Уже поздно-поздно вечером, когда Андрейка, прильнув головой к маминому плечу, начинал засыпать, пришла Леся. Она принарядилась, надела белое платьишко в синий горох и даже белые легкие сандалии.

— Здравствуйте, тетя Таня!

— Здравствуй, Лесенька. Ты к Наташе?

— Нет… Я к мальчику.

— A-а! К Андрейке?

— Да, к Андрейке.

Тетя Таня хотела было уже пойти позвать его, но Леся ее остановила:

— Вы не зовите, не надо, поздно уже. Вот, передайте, ладно?

Она что-то сунула тете Тане в руку и побежала прочь, звонко щелкая подошвами по деревянному тротуару.

Но ничего этого не слышал уставший Андрейка: он крепко спал, положив голову на мамины колени.

— Вот, Леся Босоногая принесла, — сказала тетя Таня, подавая Андрейкиной маме круглую деревяшку. — Просила твоему передать.

— «За спасение утопающей», — прочитала мама выжженные по кругу слова. — Ничего не понимаю!

Утром учинили Андрейке допрос. Что за спасение? Кто тонул? Когда он с Лесей познакомился?

— Что вообще все это значит?! — Мама положила перед Андрейкой Лесину медаль. — Ты можешь мне объяснить, Андрей?

— Ну-у-у… — замялся Андрейка, разглядывая медаль. — Я вчера за песком пошел. Для кактусов. — Он поднял глаза на маму и тетю Таню.

— Ну?

— А там эта Леся. С гусями. Вот.

— Дальше, — потребовала мама.

— Она в воду упала.

— И ты полез ее спасать?

— Ну мама! — вспыхнул Андрейка. — Я же хорошо плаваю, ты сама говорила. Что же мне, стоять и смотреть, как человек тонет?!

— Тем более такая симпатичная девочка, — улыбнулась тетя Таня.

— Кто симпатичная? Леська?! — вытаращила глаза Наташка и фыркнула, как кошка Дашка.

— Тебя не спрашивают, — осадила ее тетя Таня. — Что-то Леся совсем — на ставке гусей своих купает!

— На каком же ставке! — мстительно засмеялась Наташка. — На ставке песка нет. Я его на пруд посылала.

— Ты посылала! Я и без тебя знаю, куда идти надо, — возмутился Андрейка.

— Куда?! — Глаза у мамы стали ужасающе большими и круглыми.

— На пруд… — промямлил Андрейка, слабея.

— Та-ак… — нехорошо протянула мама. — Кто-то мне слово давал, что без меня на пруд ни ногой?

— Ну мама! Я же за песком!

— И искупался заодно.

— Со дна, что ли, песок доставал? — влезла Наташка-ехидна.

— Да не купался я! Я человека спасал!

Андрейка чуть не заплакал. Что за жизнь? Попробуй докажи теперь что-нибудь трем рассерженным женщинам!

— Это Босоногую, что ли? — усмехнулась тетя Таня. — Чего ее спасать — она лучше всех в деревне плавает! Любого парня обгоняет и на скорости, и на дальность.

— У нее жабры вместо легких, — убежденно сказала Наташка.

— Дура! — огрызнулся Андрейка и выбежал из дома.

Но за воротами остановился: куда теперь идти? Будь неладна эта Леська со всеми своими гусями! Теперь она еще и лучшая пловчиха!

«Побью! — зло подумал Андрейка. — Думает, если гусей и быков не боится, плавает лучше всех, то все можно, да? Медаль притащила специально, чтобы посмеяться! Побью ее, пусть не задается!»

Андрейка уверенно шел по дороге. Вчера он тайком проводил Лесю с гусями до дома и узнал, где она живет. Большой дом с зеленой крышей и ветряком, похожим на штурвал. Сейчас он постучит в ворота, и пусть хоть сто гусей на него выскочат, хоть тысяча! Он им задаст, он им покажет, вместе с их пастушкой!