Книга Заброшка, страница 171 – Эра Думер

Я думала, меня уже ничем не удивить. Но почему Инанна? Совсем недавно перебежчица твердо стояла на ногах и сражалась. Что же с ней приключилось?

— Она… – начала я, и Фурина перебила меня:

— Моя сестра. Инанна Эрешкигаль. Она пересекла терминус и вошла в фазу антидеуса.

«Какого дьявола тут творится?»

— Как это случилось?

— Наш родной мир, Те Коре, был уничтожен волной невидимой энергии. Мы уже жили на Инитии, в столице Альянса Ай-Хе, когда все случилось. Наша мать закрывала дела на Те Коре, и о том, что ее заменили на макет, мы узнали из АКАШИ. – Слова давались Фурине тяжело. Ее руки дрожали, она сжала кулаки. – Инанна не перенесла горя – она пообещала не оставить от Агентства Иномирной Недвижимости камня на камне. Сестра уверилась, что они виновны в случившемся.

— Она использовала силы?

— Инанна – мастер арочных переходов, как и я, – кивнула Фурина. – Она принялась открывать двери, чтобы найти маму. Я следовала за сестрой, пока ее не захлестнуло настоящее безумие. Как одержимая, она открывала десятки и сотни дверей, мы видели столько же миров, а я все не могла остановить ее и вернуть назад.

— Инанна сама рассказала об этом? – я посмотрела на умиротворенное лицо, покоящееся под накидкой.

— Сначала кажется, что все нормально, – Фурина отвела взгляд, заломив руки. – Антидеус выглядит как обычный бог или богиня – разве что могут случиться небольшие косметические мутации вроде смены пигмента. У Инанны появилась серебряная прядь волос. Она рассказала мне о случившемся, а я не подумала, что это терминус. Я смалодушничала. – Губы богини поджались. Она показала две пятерни: – Антидеус проходит десять стадий, прежде чем расщепиться. Первые четыре – небольшая мутация, потеря памяти, навязчивые мысли, галлюцинации. Пятая – судороги, и когда они проявились у Инанны, я привела ее к сестрам Асклепия, они диагностировали тяжелый терминус и попытались изолировать ее. Хворь не изучена, они объявили карантин. Но мне удалось выкрасть сестру и спрятать ее.

Я слушала Фурину, видя перед собой Яна. Галлюцинации уже были. Он переходил в пятую стадию, значит, скоро начнется падучая болезнь.

— А дальше? – робко спросила я.

— Первые четыре состояния – это трансы. Сбрасывание материальных доспехов, избавление от когнитивных установок и нейронных ограничителей. Пятое же называется погружением в царство бесконечности пространства. Антидеуса «ломает», тело отвергает пораженную душу. Дальше, – Фурина горько усмехнулась, – пациент переходит в царство пустоты.

Богиня вошла под тент и остановилась подле сестры. Она погладила ее щеку, а я смотрела на сцену невидящим взором, думая, что время губило нас обоих. Нас с Яном.

Время – роскошь.

— В царстве пустоты антидеус парализован. Начинается путешествие в один конец. Из царства пустоты он переходит в царство, лишенное восприятия и невосприятия, а далее – всякое ощущение и восприятие прекращают для него существование. Там он… – Фурина смахнула повязку, и передо мной предстало жуткое зрелище: глаза Инанны были широко распахнуты и смотрели в потолок. Она моргала, но редко и очень медленно, – слышит только «аум» – ритм неявленного трансцендентного. На острове одиночества, в Нирване. Вечность.

— Где сейчас Инанна?

— Я не знаю. – Богиня прикрыла выпученные очи сестры. – Мне остается надеяться только на то, что брошь, способная исполнить искреннее желание, исцелит Инанну. Я не могу ее потерять.