Книга Заброшка, страница 167 – Эра Думер

Я убрала волосы за ухо, ненароком открывая шею. Дышалось тяжелее.

— А ты? – спросила я на последнем дыхании. – Во что веришь?

— В то, что вижу своими глазами. – Он улыбнулся, наклонив голову, выбивая остатки кислорода из атмосферы. – Я вижу тебя, но сомневаюсь, что ты реальна. Ты чужеродна этому миру, как острый камень в моей сандалии. Я хочу тебя, – пауза отмерилась ударом моего сердца, – освободить.

Я придержала волосы, подавшись вниз, к его лицу, потянувшемуся навстречу. Слизнув с его губ остатки вина, наполнилась его дыханием и ответила:

— Я везде иномирка. Ищу, куда прибиться. Прими меня в своей гавани, гостеприимный царь.

Ян провел кончиком языка по горячим следам моего прикосновения и расплылся перед моим взором, приблизившись. Наши губы соприкоснулись.

Он сложил кисть с ключом и крутанул – в дверях лязгнули засовы.

— Теперь нам никто не помешает, – прошептали мне в губы.

Забыв о стеснении, я села к царю на колени, впиваясь и насыщаясь им со всей страстью, будто сумасшедшая пчела – в бутон вейнита. Целовала его, подрагивая от прикосновений и яда, которым Ян наполнял меня.

Сколько лет я мечтала об этом. Сердце билось о ребра, как прибой о волнорезы – я будто очутилась в пьяной грезе…

Его ладони прошлись по бокам, очерчивая мою талию, скользнули под тунику, и я вынесла веру за скобку, потому что этого не могло происходить взаправду. Все было сном под звездным небом Ро-Куро или на нудной лекции в вымышленном медицинском университете.

Мы оторвались, чтобы взять дыхания, но прервали вдох новым, еще более развязным поцелуем. Мне хотелось большего. Яну – тоже, я чувствовала это, качая бедрами в такт слияний наших губ.

Вино вытянуло наружу скрытую демоническую сущность, которую я держала на привязи все годы, пока любимого не было рядом. Она была могущественна и могла подчинить себе даже опытного поглотителя сердец, и я отдала альтернативной Вере бразды правления – и она натянула поводья, заставляя Яна постанывать от нетерпения. Мед для ушей.

Я почувствовала прикосновение – ткань набедренной повязки оттянули, просунув пальцы между ней и нежной кожей. Меня колотило от истомы.

— Хочешь? – галантно шепнули мне на ухо.

Я закусила губу и рвано покивала. По склону моей шеи, к плечу, проложили дорожку из поцелуев. Тело разбивалось горячими осколками от скачков напряжения. Чувствительные точки пульсировали под яновыми пальцами, и я, сломав брови «домиком», жалобно смотрела то в голубой, то в синий глаз, затянутые томной поволокой. Приручил мою демоническую зверушку – Ян был безупречен в доминации. Он был великолепен в любой роли, пока его пальцы настраивали мое тело, как пианино, извлекая из инструмента новые звуки, которых я даже от себя не ожидала.

— Жаждешь большего? – прошептал бог, обжигая ухо дыханием.

— Пожалуйста… Ян.

Я отдалась танцу на раскаленных углях страсти и полностью доверилась Яну. Он подхватил меня на руки, и я, убирая с лица растрепанные волосы, целовала и ласкала горячую от солнца, вина и любви кожу, пока меня несли к дверям. Ян рассек воздух двумя пальцами, и дверной засов резво отъехал в сторону. Открыв дверь, легко втолкнул меня в новое пространство, и я упала в океан холодного шелка.

Царские покои утопали в призрачном голубом свете луны: в нем я наблюдала из-под опущенных ресниц, как Ян раздевается. Мой пьяный взгляд скользил от точеных рельефов торса к высоким окнам, от перекладин, с которых свисали волны занавесей, к чувственным приоткрытым губам, от бледных бедер, которые я импульсивно стиснула своими, к цветным изразцам на стенах. Я часто дышала, колыша влажные кудри, обнимая широкую спину и оставляя на ней алые борозды от ногтей. Наши стоны и обрывки похвалы, срывавшиеся с уст Яна, венчали любовную иллюзию.