Книга Заброшка, страница 115 – Эра Думер

— Не отрицаю, – засмеялся командир. – Порешим и тебя, старуха, если не заткнешься.

Янус перевел взгляд с одного на второго, следом – на положение рук третьего, а четвертому посмотрел под ноги. «Черные Аисты», поигрывая с невидимыми хомутами, сужали кольцо.

Командир кивнул своему воину в хвосте, чтобы он припугнул смелую старушку.

— Покиньте Инитий немедленно! – пожилую женщину закрыл собой длинноволосый распорядитель серых кардиналов Ао, известный под кличкой Черепаха.

Тут же, протирая пот от напряжения, выскочил пухлый кадровый визирь Креации. Он поравнялся с коллегой и пискнул, нелепо воздев кулак к небу:

— Да! Покиньте!

— Страх, что ли, потеряли? – командир «Аистов» убрал руку за спину и жестами поторопил воинов с хомутами. – Мы тут на законных правах. Разойдитесь по домам!

В просвете между плечами наступавших «Черных Аистов» Белый Вейнит выцепил взгляд зеленых глаз и подмигнул. Наконец выстрелило финальное ружье – взлетели в воздух операторские дроны, а из толпы вышла девушка с огненной шевелюрой. Она выставила раскрытую ладонь вперед: на ней был изображен циркуль с наугольником – междумирный символ прессы. Вред, нанесенный репортеру при исполнении, строго карался, и об этом знали даже сумасбродные АИНовцы.

— Строк ди Байтр, «Благомыслие Инития». – Смелая инитийка навострилась к командиру «Черных Аистов», и к ней тут же кинулись его воины, обступая. – У меня вопрос к командиру «Черных Аистов», Баалу.

Командир приказал палить по дронам, и послышалась череда выстрелов: камеры мертвыми птицами падали на площадь.

— Как давно вы навещали брата в психлечебнице Галь-Рея? – Строк ди Байтр прорвалась к Баалу. – По последним данным он ходит под себя и кусает мастеров милосердия за ноги.

— Гадина, – оскалился командир. Он приставил ко лбу ладонь козырьком и прищурился. – Мне показалось, вы прессуете нас. По протоколу я имею право атаковать. – Громко скомандовал: – «Черные Аисты», угроза сопротивления! Занять позиции и приготовиться гасить мирняк!

Строк ди Байтр подхватили под руки, но ей удалось вырваться и вернуться в толпу. Для Януса не осталось наилучшей возможности – он сделал выпад и ткнул пальцами в глаза первому нападавшему; увернувшись от удавки второго, зарядил по ушам, третьему дал с колена, схватив за голову, а последнего атаковал по голеням. Вырвавшись, кинулся к тоннелю.

— Двуликий сбежал! – завопил Баал и указал пальцем. – Схватить!

Взвод переключился на новую цель, но одному из них прилетело камнем в висок. Ноги подкосились, и он рухнул без сознания лицом в брусчатку. Бегущий следом чуть не упал.

— Кто это сделал?! – выпученные от безумия глаза Баала сканировали толпу мирных инитийцев. – Вам не жить.

В ответ смелая пожилая инитийка надрывным, с налетом мелодичности голосом затянула:

— Мы из пепла зажжем наш священный огонь…

Креацкий визирь и Черепаха, поглядывая друг на друга, подхватили:

– Озарит он наш путь в темноте, в темноте.

Баал озверел от ярости. От сплоченности тех, на кого бы никогда не подумал. И когда запела вся толпа, было необходимо что-то предпринять.

Мы в пустыне добудем воды – вот закон…

Он оставил нескольких воинов для усмирения народа, других отпустил загонять Януса. Миротворцы вступили в потасовку, посчитав нападение на мирных за пересечение границ. Таны охранителей Тайной Канцелярии съезжались со всех кварталов: зазвучала сирена и призывы к порядку.