Книга Попаданка на диплодоке: инструкция по выживанию, страница 36 – Ася Юрская

Я не заметила, как зашла слишком далеко, к ограждению сектора, где содержались хищники. Деревья здесь росли гуще, их кроны сплетались в сплошной зелёный купол, пропускающий лишь скудные лучи закатного солнца. Первым сигналом стал звук: низкий, утробный, похожий на раскат грома. Я замерла. От рёва заложило уши, и на мгновение всё прочее стихло. Тишина, наступившая после, была страшнее рёва. За оградой, в тени деревьев, что-то двигалось. Огромное, массивное, с блестящими глазами. Я видела эти глаза. Два жёлтых угля, мерцающих в зеленоватом сумраке. Они смотрели на меня не мигая так, что у любого млекопитающего включится древняя паника. Собственное сердце я услышала раньше, чем он снова подал голос. Оно там одно? Если оно одно, и оно голодное, это плохо. Какой из вариантов тебе больше нравится, Елисеева?

— Твою ж… — прошептала я.

Из тени вышел ювенильный тираннозавр. Не взрослый, но всё же метра три в высоту, с мощными задними лапами и пастью, полной зубов. Зубы были неровными, желтоватыми, с тёмными прожилками у основания, а его кожа отливала тусклым зеленовато-серым. Он двигался плавно, удивительно грациозно для такой туши. Я попятилась. Гравий под ногами предательски хрустнул и я замерла. Это просто большая птица. Очень большая. С зубами.

— Спокойно, — прошептала я. — Спокойно. Ты сыт. Тебя кормили. Я не еда. Я учёный. Во мне и мяса-то толком нет, одни кости.

Тираннозавр сделал шаг вперёд. Его ступня опустилась на землю с глухим, влажным чавканьем, и я почувствовала, как дрогнула почва. Он склонил голову набок, как собака, изучающая незнакомый предмет, и из его пасти вырвалось низкое, гортанное ворчание. По его челюсти стекала слюна. Ограда за его спиной была открыта и тут я похолодела от страха. Я уставилась на калитку, висящую на одной петле, и мой мозг, до этого паникующий, вдруг переключился в аналитический режим. «Вольер открыт. Кто-то открыл его. Вопрос номер один. Кто? Вопрос номер два. Зачем? Вопрос номер три. Где ближайшее дерево?»

— Кто-то открыл вольер, — прошептала я. — И сделал специально.

И тут в моей голове вспыхнуло воспоминание. Яркое, чёткое. Лекция по поведению теропод. Я готовила её три года назад для онлайн-курса. Сорок две минуты монотонного текста. Но сейчас, стоя перед живым тероподом, я вспомнила каждое слово. «Не бегите. Резкие движения провоцируют инстинкт преследования. Стойте на месте. Издавайте низкие звуки. Показывайте, что вы не добыча». Низкие звуки, Елисеева. Ни-з-ки-е.

Господи, пожалуйста, пусть у меня получится. Я набрала в грудь воздуха и зарычала. Это был жалкий, дрожащий рык, больше похожий на кашель простуженного барсука. Где-то в глубине горла что-то булькнуло, сорвалось, перешло в свист, и я почувствовала, как горят щёки. Если я выживу, я никогда и никому об этом не расскажу. Но тираннозавр остановился и склонил голову набок. Его ноздри расширились, втягивая воздух, и я увидела, как дёрнулся его хвост. Не в агрессии, скорее, в недоумении. Он не понял. Он буквально не понял, что это было. Я тоже не поняла.

— Да, я страшная, — прохрипела я. Горло саднило, а зубы стучали так, что я едва выговаривала слова. — Я самая страшная тварь в этих джунглях. У меня дедлайн! Понимаешь? Дед-лайн!

Хищник фыркнул. Из ноздрей вырвался пар. Он что, смеётся надо мной? Или принюхивается? В любом случае он не бросается. Это хорошо. И в этот момент резким свистящим хлыстом раздался выстрел. За ним ещё один. И ещё. Я только увидела, как тираннозавр вздрогнул, взревел низко и раскатисто так, что заложило уши, и отступил. Из кустов выскочили егеря во главе с лордом Фаррером. Они двигались быстро, слаженно, и в их руках блестели длинноствольные ружья, из которых стреляли сетями.