Книга Величие. Книга 2, страница 117 – Мария Тиамат

Даже издалека Дженвелья производила сильное впечатление – искренностью, которой не хватало остальным гостям. И становилось понятно, почему до сих пор Шиа с ней не пересекалась: никому в голову не приходило знакомить эльфийку с низшей кастой высшего света. Это было всё равно что признаться в дурном вкусе.

— А это кто? – Шиа указала на мощного, мужественного вида норда: тяжёлый, покрытый жёсткой щетиной подбородок, крепкие, как сосновые стволы, ноги и руки, быстрые смеющиеся глаза.

Он уверенно рассказывал что-то группе собравшихся вокруг него слушателей, и, судя по всему, его речь вызывала восхищение. Одеждой мужчина тоже выделялся среди прочих: камзол, пусть и здешнего кроя, был сшит из ткани с крупными узорами в виде парящих птиц, каких Шиа ещё нигде не видела, а запястье украшал браслет из медных звеньев.

— Женвиль Щенг, авантюрист и путешественник. От одного перечисления мест, где он побывал, кружится голова: сражался с кобольдами на южном материке, искал проводника среди дворфов, чтобы посмотреть на диких драконов, а последние два года пропадал на Неизведанных островах. Во всех салонах его рассказы производят фурор. Так что, как видите, не зря его пригласили на бал: отлично развлекает публику.

— Смотри, смотри: это же Иверт Нуршенг! – азартно прошептала Сепиру. – Чуть ли не в рот Женвилю заглядывает.

— Это тот, о котором упоминали на вечеринке? Который устроил погром? – встрепенулась эльфийка.

— Да, он самый, – кивнул Пьерше. – Вертится вокруг Щенга – разве что хвостом не виляет. Надо же, оказывается, его интересует что-то ещё, кроме выпивки и дорогих аксессуаров!

Шиа присмотрелась к симпатичному норду с волевыми чертами лица и пушком над губой. Одет он был франтовато, тут и там блистая золотым шитьём и шелками, но взгляд его, вопреки молве, не выражал нахальства. Устремлённый на путешественника, он был сейчас исполнен того живого, детского огня, который свидетельствует о юности и чистоте души.

Выразить своё мнение Шиа не успела: ей показалось, что вдалеке мелькнула Геасфель вместе с послом Кариэлинем. Бедная сестрёнка! Они не виделись уже три недели и сегодня даже не поздоровались, но Шиа изо всех сил избегала встречи с соотечественниками. Слава ангелам, Геасфель, похоже, всё понимала. Ничего, лучше она навестит её и Рогеаль на выходных. Ненадолго, правда – с собственными занятиями и дрессировками волка у Шиа оставалось совсем немного свободного времени. А ещё ведь есть Аурелий!

— Я как-то раз слышала от Арэйсу, есть мнение, что лучше Белой империи завязать дружбу с Королевствами людей вместо того, чтобы заступаться за Приморскую Республику, – затронула Шиа новую тему.

— Дружба – это мягко сказано, – усмехнулся Пьерше. – Некоторые, например, князь Мешерие, считают, что с Королевствами можно заигрывать, но лишь для того, чтобы потом их подчинить. Мы помним историю, помним, как люди жестоко обошлись с нами. И среди нас есть те, кто по-прежнему смотрит на людей, как на низшую расу. Время безусловно удобное: Королевства слабы, только Десятое представляет из себя силу. Другого такого шанса в истории может и не быть.

— Аурелий считает людей братским народом. Я думаю, это хорошо: противоборство с людьми могло бы спровоцировать всплеск националистических настроений… эльфийка на троне стала бы неуместна.