Книга Фиалка для мажора, страница 24 – Карина Мин

— Держись крепче, Фиалка, — негромко скомандовал он, уверенно шагая в сторону дома мимо ошеломленных гостей.

— Романов! Ты что творишь?! — в панике зашептала я, чувствуя, как лицо заливает румянец. — Поставь меня на пол!

— Молчи, Фиалка, — мягким тоном приказал этот невыносимый человек, уверенно шагая с террасы в сторону дома через расступающуюся толпу гостей. — Нам нужно держать марку безумной любви до самого финала. К тому же, ты сейчас упадешь с этих каблуков и сломаешь мне всю легенду об изяществе моей избранницы. Так что расслабься и получай удовольствие от первоклассного сервиса.

Я поняла, что спорить с ним бесполезно, да и сил на это не было вообще. Вздохнув, я уткнулась носом в его плечо, прячась от любопытных взглядов.

Пока мы поднимались по массивной лестнице на третий этаж, моё сердце колотилось так бешено, что я всерьез испугалась — вдруг Олег услышит этот стук.

Романов пинком открыл и точно таким же методом закрыл массивную дубовую дверь комнаты, и щелчок замка отозвался в моей груди глухим ударом. Шоу для почтенной публики официально завершилось.

Я замерла, ожидая, что прямо сейчас Романов бросит меня на кровать, как мешок с картошкой, вернет свой привычный вид и отпустит какую-нибудь шуточку. Но он опустил меня на ноги на удивление аккуратно, мягко придерживая за локоть, пока я не обрела устойчивость.

— Наконец-то, — выдохнула я и первым же делом плюхнулась на кровать и со стоном скинула проклятые шпильки.

Боже, какое счастье! Ноги наконец-то задышали, а ступни приятно охладил ворсистый ковер.

Я принялась оглядываться: мы же находились в его спальне. Я почему-то ожидала увидеть здесь типичную комнату капризного богатого мальчика: с плакатами суперкаров и пафосным минимализмом, но здесь всё было иначе.

Лаконично, просторно, мебель из тёмного дерева. На полках аккуратными рядами стояли книги по экономике и бизнесу, а рядом несколько тяжёлых кубков за победы в картинге и потрепанная гитара в углу. Олег казался... настоящим и обычным. Простым парнем, у которого тоже было детство.

— Нравится экскурсия, Юлия Степановна? — Олег уже успел расстегнуть ещё пару верхних пуговиц рубашки.

Он уже вальяжно сидел в глубоком кресле у окна, наблюдая за мной с неизменной усмешкой.

— Пытаюсь понять, в какой момент твоя траектория свернула не туда, Романов, — хмыкнула я, разглядывая один из его кубков. — Судя по книгам, ты обещал вырасти приличным человеком.

— Одно другому не мешает, — лениво отозвался он. — Ладно, давай закругляться. День был долгий, пора спать.

Я перевела взгляд с кубков на огромную кровать, и весь мой интерес к его детству мгновенно испарился. До меня только сейчас в полной мере дошел смысл его слов. Точнее то, что Романов реально не прикалывался там, внизу, когда давал свое дурацкое обещание.

— Погоди, ты это серьезно? — я развернулась к нему, скрестив руки на груди. — То есть твоё «пальцем не трону» это был не просто способ заткнуть мне рот при свидетелях? Мы реально собираемся лечь в одну постель?

— А у тебя есть другие предложения, Фиалка? — Олег даже не поднялся из кресла, лишь лениво выгнул бровь. — Я свои аргументы ещё на первом этаже озвучил. Спектакль должен быть достоверным.

— Да плевать мне на достоверность! — вскипела я, чувствуя, как паника, которую я подавляла всю дорогу по лестнице, вспыхивает с новой силой. — Твои аргументы про отца — отличныедля тебя, Романов. А мне что делать? Я в жизни ни с кем кровать не делила, для меня это… это непривычно! Ложись на пол, забирай кресло, делай что хочешь, но к этим подушкам ты даже не прикоснешься.