Книга Жестокие игры Карима. Обожгу твою душу, страница 63 – Иман Кальби

Я невольно выгибаюсь навстречу ему, но он резко отстраняется, и мне приходится глотать стон разочарования. Карим усмехается - его глаза светятся темным огнем. Он наслаждается каждым мгновением моей беспомощности.

— Вот сюда меня хочешь? - его рука зависает в миллиметре от моей самой жаждущей точки, и я не могу сдержать стон. Дергаюсь, пытаясь прижаться к ребру его ладони, но он снова отступает, не давая мне даже доли облегчения.

-Не так быстро, вся ночь впереди, - шепчет он, и его пальцы обхватывают мое горло, легко, почти ласково, но я чувствую, как его сила сжимает меня в плену. - Ты должна заслужить это.

Я едва дышу. Жар между моих бедер становится невыносимым. Мое тело кричит о прикосновениях, но Карим продолжает мучить меня, снова и снова подводя к самой грани, но не позволяя упасть.

-Карим... - умоляю я, не узнавая собственного голоса. Он звучит хрипло, надломленно, и мне больше нет дела до гордости или обид.

— Умница, девочка… Ты на верном пути…

Он склоняется ко мне, его губы почти касаются моих, но он не целует меня. Его дыхание смешивается с моим, и я чувствую, как внутри все сжимается до предела.

-Попроси меня, - шепчет он, и его пальцы снова скользят вниз, но не касаются.

-Пожалуйста... - я закрываю глаза, забывая обо всем. О нашей ссоре, о его власти надо мной. Я больше не могу думать. Я могу только чувствовать.

Мои руки уже онемели от напряжения, но это ничто по сравнению с тем, как горит тело. Его губы скользят по моей шее, оставляя влажный, тёплый след. Я чувствую, как его зубы нежно сжимают кожу, не оставляя следов, но заставляя меня вскрикнуть от неожиданного укола боли.

Обхватывает мой подбородок, заставляя меня посмотреть ему в глаза. Его взгляд - это смесь жестокости и наслаждения, и в этот момент я понимаю, что полностью принадлежу ему.

— Ни один мужчина не даст тебе то, что могу дать я, малышка…- звучит, как приговор.

— Трахни…- бесстыже теряю себя в мольбе…

Мир вокруг рассыпается на крупинки, как песок. Я больше не чувствую ничего, кроме его тела, горячего, твердого, требовательного. Карим снимает с меня веревки, и мои руки падают на простыни. Ощущаю жгучий прилив крови к конечностям, но я не успеваю осознать свободу - он тут же перехватывает мои запястья, поднимает их над головой и прижимает к матрасу. Его лицо - совсем близко, и я тону в его взгляде.

-Смотри на меня, когда я буду тебя ебать, - переходит на бесстыжий русский, зная, как на меня это действует. Его голос звучит низко и властно. Я открываю глаза, встречаюсь с его взглядом и едва не захлебываюсь от нахлынувшего желания.

Его губы, такие мягкие и жесткие одновременно, обрушиваются на мои. Он целует меня так, словно пытается забрать все мои дыхания, все мои стоны, все мои мысли. Я отвечаю ему, мои бедра инстинктивно поднимаются, стремясь к его теплу, к его телу, к тому, что сводит меня с ума.

Карим отрывается от моих губ, и я издаю сдавленный звук - протест или мольба, не знаю. Но он уже скользит вниз, его язык оставляет влажный след от шеи к груди, к животу. Я извиваюсь под ним, но он крепко держит мои руки, и я могу только ощущать, как он втаптывает меня в постель, разбивает на миллионы осколков.

Его горячий язык раздвигает складки, заставляя всхлипнуть о смеси стыда и восторга. Смотри исподлобья. Лижет и смотрит…