Книга Грех Кабила, страница 12 – Иман Кальби

— Вы сейчас же вылетаете в Дубай. Ваш отец ждет Вас немедленно для разговора.

Руки девушки сразу похолодели, а дыхание сперло.

— Что-то случилось?-голос дрогнул.

— Надеюсь, что нет,– косо посмотрел на нее Посол,– не волнуйтесь. Дома все в порядке, если Вы об этом. Речь, предполагаю, пойдет о Вашем поведении, госпожа Элисса.

— Что… Что же не так в моем поведении?-страх сменился на ком обиды, застрявший в ее горле. Она так старается, из кожи вон лезет, чтобы отец оценил ее успехи в учебе, так что же не так?

Посол прокашлялся и продолжил.

— Я был вынужден доложить Его Высочеству, что Вы провели энное количество времени в квартире Тарика бен Агиласа Бенземы. Не мне Вам говорить, что подобного рода контакты неприемлемы для Вашей репутации. Я уверен, что о Вашей встрече никто больше не знает, ее конфиденциальность удалось скрыть, если только сам господин Тарик не захочет придать ее публичности, но, полагаю, что подобное не должно повторяться, госпожа. Я не мог не доложить Вашему отцу, поймите.

Элисса мрачно вздохнула.

— Понимаю, Ваше превосходительство.

Начала поиски ключа от своей двери в сумке, который, естественно, как всегда, снова не желал находиться.

— Простите, господин Посол, а у Вас есть какие-то другие дела, кроме как следить за мной?

Мужчина понимающе и даже сочувственно хмыкнул.

— Понятно, что Вам чрезвычайно неприятна эта ситуация, но если хотите, Элисса, безопасность и чистота имени моей принцессы, принцессы моей страны для меня – дело первостепенной важности. Поэтому нет, считайте, что других дел у меня нет. По крайней мере, они могут подождать…

* * *

— Здравствуй, Эли,– обманчиво мягко произнес отец. Она знала этот тон. Он не предвещал ничего хорошего из уст правителя Дубая, за годы пребывания у власти научившегося скрывать самый яростный гнев за личиной терпения. «Сабр»– одно из главных слов арабского языка для любого мусульманина, за которым стоит самоконтроль, взвешенность и спокойствие. Горячую кровь нужно остужать- будь то навесами хейм мин суф (прим.– араб. палатки бедуинов из шерсти животных) в пустыне, кондиционерами в эмиратских дворцах или самообладанием в головах таких же горячих, как пески на их родине, мужчин.

— Привет, абуи (араб.– мой папочка),– ты хотел меня видеть?

— Как учеба, Эли? Как освоилась в Париже?

— Всё хорошо,– нервно сглотнула, бегая глазами по такому хорошо знакомому кабинету. Отец не любил типичную для региона тягу к нарочитой, вычурной роскоши. Его кабинет сочетал в себе минимализм и восточную аутентику, эдакую лаконичную современную роскошь. Над его массивным столом из африканского бука, например, сейчас висел оригинальный арт-объект в виде старинного слэба кедра, который пролежал в море несколько десятков лет, на котором были выгравированы золотом изречения из священной книги-Корана. Элисса невольно поймала себя на мысли, что тот же дух в оформлении пространства отчетливо ощущался и в квартире Агиласа в Иль-де-Франс.

— Я понимаю, что ты сильно соскучилась по дому… Мама, брат и сестры ждут тебя. Поэтому давай перейдем сразу к делу, Эли. Его превосходительство доложил мне про твою сегодняшнюю поездку в дом Бенземы. Не буду уходить в детали, скажу как есть. Тебе никогда больше не стоит там появляться. Я вообще не хочу, чтобы ты имела что-то общее с этой семьей,– категорично, строго. Безапелляционно. Как умел только Фахд Макдиси.