Онлайн книга «Что осталось от меня — твое»
|
Когда пленка была промыта и высушена, он выбрал кусочек, состоящий из пяти кадров, и положил под увеличитель. Теперь он видел ее, Рину. Сами по себе эти фотографии ничего не доказывали — такие суд даже к рассмотрению не примет. Однако Каитаро извлек из кармана лупу и стал вглядываться в негативы. Пока что это были странные, вызывающие тревогу картинки, где свет и тьма поменялись местами, но Каитаро уже сейчас понял, какой именно кадр хочет напечатать. Скоро ее лицо появится на бумаге. Каитаро гадал: удалось ли ему с помощью объектива ухватить то, что он видел, наблюдая за ней на рынке. Рина в темном платье останавливается возле лотка с фруктами и вдруг озорно улыбается, подбрасывает вверх спелое яблоко и ловко ловит его… Рина оглядывается, словно ее окликнули, и прислушивается — кажется, еще миг, и она взглянет прямо на Каитаро… Он выбрал последний кадр, положил под увеличитель, довел изображение до нужного размера и настроил фокус. Положил фотобумагу и включил белый свет проектора ровно на восемь секунд. Затем при свете красного лабораторного фонаря поместил лист в ванночку для проявки. Сначала изображения не было видно, затем картинка начала медленно-медленно проступать на бумаге — темное пятно в центре листа, которое постепенно превращалось в четкий снимок. Каитаро видел подброшенную ветром прядь волос, плавный изгиб щеки. Он прихватил снимок пинцетом и переместил в ванночку со стоп-раствором, а после — в закрепитель. И наконец промыл в чистой воде, чтобы со временем снимок не поблек или не пожелтел. Каитаро полоскал фотографию в ванночке, глядя на изображение Рины сквозь мелкую рябь на поверхности воды. ВЕЧЕРНИЙ РЫНОК Рина бродила вдоль прилавков под ярким светом свисающих над ними ламп. Для начала весны было слишком жарко и душно. Гнилостный запах воды, застоявшейся в тротуарных стоках, смешивался с дразнящим ароматом жаренных на углях кальмаров и кукурузы. Она остановилась у стойки с игрушками и выбрала двух троллей с яркими пучками волос на голове, у одного — фиолетовых, у другого — зеленых, для Сумико, у которой была уже целая коллекция этих существ. Сегодня Ёси повел девочку в кафе, так что у Рины выдалось немного свободного времени. Но, оставшись одна, она вдруг поняла, что не знает, чем себя занять, и решила отправиться на рынок. Рынок открывался в Эбису каждый год, когда наступала пора цветения сакуры. Здесь продавали разные безделушки, работали рестораны фастфуда и повсюду стояли лотки с фруктами и овощами. Сегодня на рынке развернулся павильон из Гифу[27]. Рина задержалась перед лотком с грушами нэшу[28]. Огромные плоды были аккуратно уложены каждый в отдельное гнездышко на подставке из пенопласта, их золотистая кожура блестела в искусно подсвеченной витрине. Как раз в тот момент, когда Рина полезла за кошельком, к ней подошел Каитаро. — Прошу прощения, — начал он, — вы не знаете, где здесь можно найти хороший чизкейк? — Чизкейк? — Она подняла голову. Незнакомец был высокого роста. И хорошо сложен. Вокруг глаз залегли тонкие морщинки, возможно, от смеха. Рина слегка улыбнулась, нащупывая кошелек в сумке. — Обожаю чизкейки, — признался он. Рина указала на киоск позади нее: — Вон там есть. — Хорошие? — Не уверена, — после паузы вымолвила она, чувствуя, что хмурится так, словно речь идет о чем-то чрезвычайно важном. — Кусочки слишком тонкие, и крем, мне кажется, жидковат. |