Книга Насмешивший Бога, страница 52 – Мира Айрон

…Дамир медленно раздевал Сашу в спальне, освещённой лишь ночником. Саша не могла оторвать взгляд от взволнованного лица её мужа, его мерцающих в скудном свете огромных янтарных глаз; ощущения были настолько острые, казалось, даже намного острее, чем когда-то в юности. Его пальцы легко перебирали волосы Саши, касались лица, шеи, ключиц, спускались к груди. Саша судорожно вздохнула и закрыла глаза, когда Дамир начал прикасаться к её телу губами. Молодожёны упали на кровать. Дамир взял Сашу за руки, сцепившись пальцами, и продолжал покрывать поцелуями её тело. Саша задыхалась, у неё уже не было сил, но он всё не останавливался.

— Дамир, — как сквозь вату она услышала собственный голос, — пожалуйста!

— Что? — прерывисто дыша, отозвался он. — Скажи это, Саша.

Он продолжал её мучить. Саше казалось, она вот-вот сойдёт с ума.

— Пожалуйста, возьми меня! Сделай опять своей… Я больше не могу!

Дамир сразу исполнил Сашину мольбу, и через несколько секунд для Саши было всё кончено. Сам он еще двигался в ней какое-то время, потом до Саши донёсся его стон, и он расслабленно остановился.

Он лежал на спине, закрыв глаза, не выпуская Сашину руку. А Саша, глядя на его брови, скулы и длинные ресницы, почувствовала, как к глазам подступают слёзы досады. Она вдруг поняла, чуть-чуть остыв, что пока сходила тут с ума, Дамир полностью контролировал себя и делал всё специально. Высвободившись, она села на кровати, отвернувшись, и набросила на плечи простыню, которой они укрывались.

— Какая же ты всё-таки тварь, Дамир, — устало проговорила она. — Настоящий мучитель. Тебе мало было заставить меня выйти за тебя. Тебе ещё нужно было, чтобы я сама умоляла меня трахнуть.

Он молчал.

— Интересно, когда тебе наскучит мучить меня? Когда я сдохну или раньше? И что ты привязался ко мне? Мало женщин вокруг? Посмотри на себя, ведь любая же согласится! — глухо продолжала Саша.

Одним движением Дамир поднялся и встал перед ней на колени, опершись руками о кровать так, чтоб у Саши не было возможности уйти.

— Стоп. Ты моя жена и моя единственная женщина. И чтобы я больше ничего подобного не слышал, Саша! Да, ты права, ты полностью права, я тварь, и я сделал всё специально, — говорил он тихо, почти шёпотом. Взял Сашу за плечи, собрал губами слезинки. — Теперь открой глаза, не прячься!

Она послушалась. В глазах Дамира не было ни торжества, ни удовлетворения. Только волнение и нежность.

— Ты должна была ответить за Сочи, за всё, что там делала со мной, и особенно за деньги, которые ты постаралась швырнуть мне в лицо, будто я никто, будто я чужой…

Саша, не отрываясь, смотрела в его глаза. Ему всегда удавалось гипнотизировать её взглядом.

— А разве нет? Эти деньги мне прислал тогда какой-то чей-то муж, да ещё практически из свадебного путешествия, из медового месяца. Очень доставило, знаешь ли! Я мечтала их вернуть, — яростно проговорила Саша. — Я их только потому и не вернула — чтобы не соприкасаться с этим чьим-то чужим мужем.

Дамир вспыхнул, но продолжил тихо:

— Нет, нет! Никогда я не был для тебя чужим. Знаю, словам ты не поверишь, но ты поймёшь! Ты со временем поймёшь.

Он взял её лицо в ладони, легко коснулся губами висков, носа, губ.

— Прости меня, Саша, пожалуйста, прости. За всё, Саша. И за сегодня, хотя я сделал это специально, чтоб эта твоя обида стала самой большой обидой, которую я причиню тебе, начиная с этого дня. Чтоб эта боль стала самой сильной, какую я впредь тебе причиню. Чтобы это была самая большая размолвка в нашей семейной жизни.