Книга Нашей жизни танец, страница 6 – Мира Айрон

— Я не в форме, — всё же попытался возразить парень.

Правда голос его звучал уже не так уверенно и дерзко, как сначала.

— Ничего страшного, — бодро заверила женщина. — Если ты имеешь в виду спортивную форму, то сегодня в виде исключения можно обойтись и без неё. А если свою физическую, — так мы как раз над этим и будем работать.

Тренер повернулась к сидящим на скамейках воспитанникам и сделала ребятам знак, чтобы вставали. Блондин нехотя поднялся из-за столика и, стянув через голову толстовку, небрежно повесил её на спинку стула. Затем скинул кроссовки.

Так и вышел к Лиле — в чёрных джинсах, белой футболке и белых носках. Почему-то девочка прямо глаз не могла оторвать от этих носков, а в голове крутилась навязчивая мысль об их белоснежности.

Её новоявленный партнёр по танцам оказался довольно крепким и спортивным юношей среднего роста. Как узнала Лилия впоследствии, Шестакову на тот момент было четырнадцать лет, то есть, он был старше её на три года.

Откинув чёлку с ясного лба, парень холодно посмотрел на девочку.

— Предлагаю хорошо подумать прежде, чем соглашаться вставать со мной. У меня очень тяжёлый характер. Не говори потом, что я тебя не предупреждал.

— Мне же не замуж за тебя выходить, — тихо ответила Лилия. — Как-нибудь привыкну.

Игорь вытаращил глаза, забыв о маске холодного и отстранённого насмешника, а его мама, которая стояла рядом и всё слышала, не смогла сдержать смех. Придя в себя, парень злобно посмотрел на Лилю, и девочка поняла, что нажила себе врага.

Ей было не привыкать, поскольку она жила вопреки примерно столько, сколько себя помнила. Подумаешь, одной трудностью больше, преодолеет и её. Гораздо сложнее будет убедить родителей оплачивать расходы на специальную одежду и обувь для танцев, поездки на соревнования. Удовольствие не из дешёвых, но мама очень тщеславна и, кажется, любит хвалиться успехами дочери гораздо больше, чем саму Лилю.

Когда-то Лариса Викторовна Симонова родила дочь от своего начальника, у которого работала секретарём. Михаил Анатольевич Гордеев служил в администрации городка и был в местных масштабах фигурой видной. Правда, существовал один нюанс, весьма значимый: Гордеев был женат, и они с супругой уже воспитывали двоих несовершеннолетних детей.

Тем не менее, Лилию он признал и даже записал на себя, но этим его участие в её жизни и ограничилось. Разразился грандиозный скандал, и Гордеева от греха подальше перевели на службу в соседний регион. Семья уехала с ним, а Лариса осталась с ребёнком на руках.

Нет, она не была одна на всём белом свете, но её родители предсказуемо оказались совсем не в восторге и от поступка дочери, и от свалившейся на неё сомнительной славы. К тому же, на большие алименты Гордеев не раскошелился, платил средне, можно сказать, впритык.

Семья была хоть и неполной, но по общепринятым меркам вполне благополучной, вот только искренней любви и тепла Лилия никогда не знала. Для матери она всегда оставалась напоминанием о постигшем ту досадном фиаско, а для бабушки и деда — свидетельством неблаговидного поступка дочери. Девочку все как будто терпели, — ну а что делать-то, раз уж родилась, то пусть, деваться-то некуда. Так и росла малышка в атмосфере соблюдения приличий и полного равнодушия.