Книга Путешественница, страница 9 – Мира Айрон

— Хорошо. Здесь довольно холодно.

— О, прошу прощения! Я должен был понимать, — Хьюго мгновенно снял яркую, оранжевую с чёрным куртку и накинул на плечи Илоны. Сам он остался в красивом бежевом свитере крупной вязки.

— Хьюго! Ты замёрзнешь! — Илона попыталась снять лёгкую, но очень тёплую куртку, но Хьюго не позволил сделать этого, обняв Илону за плечи.

— Нет. Мне тепло. Пойдём, нам необходимо спуститься отсюда.

Илона послушно пошла. Рука Хьюго так и продолжала легко сжимать плечи девушки. Илона не спрашивала, зачем ему нужно знать что-то о её семье, а ей — о его семье. Расставаться не хотелось.

Никогда ещё Илоне не было настолько интересно общаться с мужчиной, что не хотелось расставаться. Парни, приглашающие Илону на свидания, обычно оказывались либо недостаточно умны для неё, либо слишком умны, а то и заумны.

Общение с Хьюго, несмотря на разницу в возрасте, языках и менталитете, складывалось очень гармонично, так, словно они знакомы тысячу лет.

…Сидя за столиком ресторана и глядя на Илону, выражение лица которой по-прежнему было немного смущённым и задумчивым, а черты лица — нежными и полными гармонии, Хьюго продолжал напряжённо размышлять. Эти размышления не давали ему покоя вот уже второй день.

Сначала, когда Хьюго хорошенько рассмотрел Илону при знакомстве в конференц-зале вчера утром, решил, что её задача — завлекать его, с целью добиться наиболее выгодных условий по контракту для русской стороны.

Переводчик, владеющий немецким и французским языками, не особо-то и был нужен; переговоры часто ведутся на английском языке. Хьюго даже был разочарован и взбешён: неужели его считают настолько похотливым и недалёким, что пытаются поймать на столь дешёвую уловку?!

Однако чем больше он общался с Илоной, тем сильнее убеждался в ошибочности первоначальных суждений. Илона превосходно владела немецким языком и почти так же французским. Она вела себя сдержанно и скромно, не делала никаких попыток сблизиться с Хьюго, не пыталась понравиться ему. Казалось, она была смущена и немного напугана.

А ещё было в ней нечто неуловимое… Простое и сложное одновременно. Не наивность, а какая-то чистота. Такое невозможно изобразить. Значит, Илона либо гениальнейшая из актрис, либо ведёт себя полностью естественно, не пытается никого обмануть, и прибыла в Цюрих только в качестве переводчика. Чем дольше Мейер думал, тем больше склонялся к мысли, что Илона полностью честна с ним. Она переводчик, и не выполняет больше никаких функций в своей командировке.

Поведение Илоны придавало её образу в глазах Хьюго типичной русской загадочности, а такие люди, как Мейер, просто обожают трудности и головоломки. Уже сегодня утром, проворочавшись в кровати полночи, Хьюго признался себе, что очень увлечён.

Вот и сейчас, глядя на Илону, он титаническими усилиями сдерживал себя, чтобы не сказать или не сделать ничего лишнего, скоропалительного или пошлого, как-то напугать или оттолкнуть девушку. Его завораживал спокойный и немного смущённый взгляд прекрасных карих глаз, естественные светлые волосы, не знающие краски, свежие краски лица, нежная белая шея в высоком вороте светлого свитера. Даже то, что лишь угадывалось под довольно толстым и объёмным свитером, до невозможности распаляло искушённое воображение Мейера.