Книга Исповедь начинающей разлучницы, страница 32 – Мира Айрон

И вот ведь в чём парадокс: казалось бы, происходило то, к чему я стремилась и чего хотела, а на душе становилось всё тяжелее. Моё лёгкое отпускное состояние давно кануло в лету. Я не хотела признаваться себе в этом, но спокойная, холодноватая вежливость Алика задевала меня, выводила из равновесия.

В самом конце февраля непредсказуемая погода внезапно устроила бенефис для уходящей зимы. В течение нескольких дней стояли морозы около тридцати градусов. Таких температур не было в течение всей зимы, и моя машина прекрасно заводилась.

А тут, в один из дней, встала, как вкопанная. Поскольку я отправляюсь на трудовые подвиги позднее всех из семьи, подбросить меня было некому. До службы такси я не смогла дозвониться в течение пяти минут: видимо, на такси сегодня большой спрос из-за погодных условий. Решив не терять времени, я быстро вернулась домой, сменила юбку на брюки, надела поверх блузки тёплую кофту, нашла в шкафу более тёплые перчатки и огромный шарф. До остановки пять минут ходьбы. Лишь бы общественный транспорт не подвёл.

Я уже подходила к повороту, ведущему с нашей улицы к трассе, когда услышала шум мотора. Даже не оборачиваясь, я знала, чья машина сейчас поравняется со мной. И я не откажусь, если меня предложат подвезти. Только не сегодня, поскольку, помимо мороза, погода обрадовала довольно приличным ветерком. У меня уже онемели нос, щеки и подбородок.

Через минуту я была в тёплом салоне.

— Спасибо, Алик! — поблагодарила я. — Не погода сегодня, а испытание какое-то.

— Что с твоей машиной?

— Думаю, что всё в порядке. Она просто взбунтовалась из-за холода.

Мы добрались до отеля мирно и спокойно, почти в молчании, слушая музыку. Лишь изредка обменивались общими фразами. Я опять не могла понять и оценить свою реакцию: молчаливая поездка не напрягала меня. Наоборот, обстановка казалась почти дружеской, даже тёплой; такой, словно мы с Аликом — супруги с тридцатилетним стажем семейной жизни.

Когда мы заходили в отель, Алик, придерживая для меня двери, сказал, что он работает сегодня до обеда, но вечером непременно встретит меня и доставит прямо к дому.

Я знала: если Алик обещал, значит, встретит наверняка, и можно не беспокоить ни папу, ни маму.

Когда мы вечером ехали домой, я, вспомнив слова мамы, всё же решилась на разговор. Возможно, сейчас не время и не место. И если Алик не захочет говорить, я пойму, но попытка не пытка, а спрос не беда.

— Алик, — начала я, отстегнув ремень безопасности, когда машина остановилась возле нашего дома. — Скажи честно, покупка дома и твоя новая работа… Это совпадения? Случайности?

— Нет, — Алик положил ладони на руль, глядя прямо перед собой.

— Значит, я не ошиблась, когда решила, что это из-за меня?

— Ты никогда не ошибаешься… почти.

— Алик, зачем я тебе? Ты красивый и умный молодой мужчина, у тебя руки растут оттуда, откуда надо. Образованный, работаешь, не лентяй. Умеешь заботиться о других. Вкус у тебя есть. Женщинам нравишься, я всегда это замечала. Зачем я тебе? Я порой сама себя не понимаю…

Я замолчала, потому что почувствовала: мой голос вот-вот задрожит. А выглядеть слабой и уж тем более, расплакаться, мне хотелось меньше всего.

— Наверно, я был не прав в том, что не пытался тебя понять. Но для меня это и сейчас не главное, если честно. Зачем мне понимать то, что ты сама понять не в силах? Анализировать твою душу и твой разум, разбирать по косточкам, препарировать? Я просто люблю тебя и мечтаю о том, чтобы ты всегда была рядом.