Книга Не мой типаж, страница 2 – Мира Айрон

— Можно подумать, ты обычно голодаешь!

— Нееет, но это же самому накладывать, разогревать…

— Может, мне на пенсию выйти? — усмехнулась Марина. — Что сегодня сказала Светлана Петровна?

— Норм всё. Не будет проблем с английским, говорит.

— Ну-ну.

Сын учился в лучшей школе города. Когда-то, после пятого класса, он не прошёл туда вступительные испытания, и Марина затеяла переезд, чтобы попасть в школу по прописке. Теперь же сын был одним из лучших учеников школы. Значит, всё не зря.

В двадцать сорок пять она вновь пришла к Нине Фёдоровне. Измерили давление и ждали звонка от некоего Гриши. Мистера икс, который носа к матери не кажет. Он оказался пунктуален.

Сначала с ним говорила Нина Фёдоровна, потом трубку взяла Марина. Взяла, главным образом, для того, чтобы запомнить номер.

— Здравствуйте, Мария… — раздался звучный приятный голос, достаточно низкий.

— Марина Леонидовна, — поправила она.

— Насколько всё плохо?

— Нина Фёдоровна вам всё сказала, прислушайтесь, будьте любезны.

— Ситуация осложняется тем, что я сейчас в командировке в ближнем зарубежье. Мне нужно некоторое время, чтобы утрясти формальности.

— Что ж, постарайтесь быстрее.

Она не могла говорить при Нине Фёдоровне в полную силу. Быстро занесла номер в свой телефон. Позвонит ему потом, из дома.

Распорядившись, чтобы Нина Фёдоровна звонила ей в любое время, хоть среди ночи, откланялась.

…Он сидел в гостиничном номере "люкс" и напряженно думал о том, насколько плохо всё с мамой? Никогда она так не говорила раньше, не звала к себе так срочно. И всё же он сможет вылететь только послезавтра рано утром, в воскресенье. Иначе вся учёба насмарку. И огромная неустойка. И урон репутации, которую он нарабатывал годами.

Зазвонил телефон. Номер был ему не знаком, и в свете последних новостей, Григорий испугался.

— Да, — осторожно ответил он.

— Снова здравствуйте! — этот низкий женский голос он уже сегодня слышал.

Какая-то соседка мамы. Не видел он никаких соседок, когда прилетал.

— Мария Леонидовна, всё в порядке?

— Марина Леонидовна. Всё очень плохо, Григорий Янович. Боюсь, счёт идёт на дни. Нина Фёдоровна очень хочет видеть вас. Поспешите, пожалуйста!

— Я прилечу послезавтра утром. Раньше не могу никак, у меня будут огромные неприятности.

— Не знала, что у вас там рабовладельческий строй. Что ж. Я вас предупредила. Не смею больше отвлекать.

Она нажала отбой, не попрощавшись. Противный столичный хлыщ! По голосу слышно. Послезавтра он сможет! А если бы уже всё?! Тоже бы послезавтра смог?

Он раздраженно отшвырнул телефон. Терпеть не мог баб с низким голосом, да ещё таких, которым до всего есть дело и больше всех надо. Как пить дать, она там какой-нибудь управдом. Иван Васильевич Бунша в юбке. С любопытным носом.

В воскресенье с утра, несмотря на конец марта, пошёл снег огромными хлопьями. Марина терпеть не могла весну, вплоть до двадцатых чисел мая. Весной в её жизни вечно происходили какие-то беды. Вот и в этот раз — растяжение, потом болезнь Нины Фёдоровны. Вчера она вызывала скорую дважды. А сегодня у Нины Фёдоровны было очень низкое давление. Марина не отходила от неё ни на шаг. Они ждали "Гришу". Марина молилась, чтобы он успел. Не ради него. Ради Нины Фёдоровны.

Метель всё не кончалась. Огромные белые хлопья летели со свинцового неба и бились прямо в окно. Наконец кто-то открыл двери ключом и вошёл. Резко прошёл в комнату прямо в пальто. Марина встала, уступив ему место, но не покинула квартиру соседей. Она чувствовала, что Нина Фёдоровна уходит.