Книга Настанет день, когда я разлюблю тебя, страница 19 – Мира Айрон

— Будет, конечно. Хотя и сейчас не жалуюсь, — улыбнулся Кирилл — Ты же знаешь, что я не создан для семейной жизни, у меня характер слишком тяжёлый и независимый.

— И это проходит, Кирилл. Дочь вырастет, а ты станешь более мягким, острые углы сгладятся, непримиримость отступит на второй план.

— Думаешь? Не знаю. Мне всё так же трудно угодить.

— Ладно, ладно, не стану спорить, Кирилл. Каждому своё. Никто не может запретить тебе прожить всю жизнь ворчливым бобылём. Это твоё право.

Кирилл захохотал.

— А любовницы на что? — удивился он.

— Почём я знаю? Твои любовницы, ты и в ответе за свой гарем.

— Нет у меня гарема. Всегда одна любовница. Всегда молодая, красивая и умная, я терпеть не могу глупых. Просто они меняются. Не хочу, чтобы слишком привыкали ко мне.

— Григорьев, ты стал ещё циничнее, — смеясь, покачала головой Вика. — Как в песне: "Сегодня вторник, значит "он" — это я".

— Цинизм — обязательная и неотъемлемая часть моей натуры. Но даже я понимаю сейчас, что мы слишком много внимания уделяем моей персоне. А как ты? Давно замужем?

— Четыре года.

— А муж…он кто? — Григорьев вдруг как-то собрался, заговорил серьёзно, внимательно глядя в лицо Вики.

— Мужа зовут Николай. Ему, как и мне, тридцать лет. Мы работаем в одной организации. Коля — командир военизированного отряда, спасатель. Вот и сейчас занят устранением последствий аварии, потому приедет только через несколько дней.

— Ух ты, — напряжённо и невесело усмехнулся Кирилл. — Герой, значит. Да, тут без шансов. Я-то был уверен почему-то, что ты замужем за ботаном-подкаблучником. Каким-нибудь профессором Паганелем.

— Я замужем за лучшим парнем в мире, — искренне сказала Вика. — Мне повезло.

— И он, конечно, безумно влюблён в тебя, по-другому и быть не может.

— А я безумно влюблена в него.

— Что ж, тоже логично и ожидаемо. А дети, Вика? У такой любящей пары, и за четыре года не родились дети?

Всё-таки он спросил. Вика знала, что Григорьев не преминёт надавить на болевую точку.

— Это нормально, Кирилл. Мы хотели пожить друг для друга в течение нескольких лет. Договорились, что в тридцать лет и займёмся вплотную вопросом продолжения рода, — твёрдо ответила Вика.

… - Что ж, кажется, мы всё выяснили, Вика, — остановив машину у дома Вики, Кирилл заглушил мотор и повернулся к спутнице.

Не спешил выходить и открывать перед Викой двери.

— Да, спасибо за вечер, Кирилл, — Вика взялась за ручку двери, размышляя о том, что Коля до сих пор не позвонил.

Он всегда звонил первый, Вика знала, что во время работы беспокоить его нельзя. А сегодня всё ещё не позвонил.

— Подожди, Вика, — тихо сказал Кирилл, и его ладонь легла на руку Вики, не давая открыть двери. — Давай ещё немного поговорим. Я ведь понимаю, что другой встречи не будет, ты откажешь. И муж твой скоро приедет.

— Всё правильно, Кирилл, откажу. Ты абсолютно верно сказал: мы всё выяснили. И я рада. Мне многое стало понятно, ты открылся с новых сторон. Теперь я окончательно поняла: всё случилось так, как должно было случиться. Всё произошло правильно.

— То есть, ты простила меня? Окончательно?

— Да, Кирилл. И я рада.

— А я нет, — неожиданно горячо заговорил Кирилл. — Я не рад. И не хочу, чтобы ты прощала меня. Такое прощение — это равнодушие, Вика!

Вика молча смотрела на него. Выпад оказался слишком неожиданным, и Вика растерялась. Воспользовавшись этим, Кирилл схватил её, прижал к себе и начал быстро целовать, куда придётся. Вика отчаянно пыталась вырваться, отворачивалась, пряча губы, но он только сильнее сжимал её в кольце рук.