Книга Замуж по контракту, страница 89 – Агата Лав

Влад усмехается.

— Еще Адам рассказал об отце Павла. Сказал, что того застрелили, когда он работал в его охране. Ты этого не знал?

— Сказки, да, — Бестужев игнорирует мой вопрос, вернее он вообще его не слышит.

Он думает о своем, и мне почему-то кажется, что он из последних сил цепляется за тот мир, к которому привык. В котором Адам подонок, Павел — единственный человек, на которого можно положиться, а мать — светлый лучик из тяжелого прошлого.

Я сжимаю подлокотник до скрипа. Выходит так, что этот мир сломала я. Ведь именно с моих губ слетела подсказка к правде.

— Это же ее почерк? — спрашиваю, чтобы вырвать Влада из мыслей.

— Что?

— Почерк, Влад. Ты узнал руку мамы?

— Писала она, — он коротко кивает и отворачивается к окну. — Мне нужно найти Павла, поговорить с ним…

— А ты не хочешь поговорить с Адамом? Он может многое знать. Я поняла из письма, что Паша недолго рос в вашем доме, был в вашей семье.

— Остановись, — отрезает Влад.

Я останавливаюсь.

— Я разберусь с этим сам, — добавляет он. — Не думай об этом.

— Но мне страшно, Влад. Я боюсь, что он может быть по-настоящему опасен.

— Адам?

— Павел! — я выдыхаю на эмоциях.

Влада не выбить из шаблона одним письмом. У него настолько четко расчерчены роли враг-друг, что у меня опускаются руки.

— Прости, — произношу, понимая, что боялась за его срыв, а вместо этого сама перешла на крик. — Я просто переживаю за тебя. Я вижу, как ты закрываешься. Отдаляешься… Мне самой надо успокоиться, но я не могу, когда ты такой.

— Какой?

— Неживой.

Я протягиваю ладонь и сжимаю его длинные пальцы. Они бьют током. Конечно, это фантом, но я ощущаю пронзительные разряды и наивно верю, что ему становится легче в это мгновение. Я ведь могу забрать хоть крупицу его отчаянья. Я же чувствую его в нем, очень глубоко и на грани отрицания. Он сам не признается себе, как ему больно.

— Не отталкивай меня, Влад. Нам обоим повезло, что мы успели узнать друг друга за короткий период. Мы ведь успели? Мы же не чужие…

— С чужими проще, — неожиданно произносит Влад. — Они не могут ударить со всей силы.

Он отнимает ладонь и берет в нее сотовый. Уходит в важную переписку, которая собирает морщины на его высоком лбу. Я вижу, что наш разговор окончен. Продолжать бесполезно. Я откидываюсь на кожаную спинку и устало прикрываю глаза, внутри бьется обида, страх и… нежность. Я понимаю, что Влад, который сладко и тягуче целовал меня в бассейне, укрывал теплым одеялом, вносил на руках в дом, никуда не подевался, он по-прежнему тут. Рядом.

— Я не ударю тебя, Влад, — выдыхаю. — И ты не смей.

Бестужев выходит из машины раньше. Водитель останавливается у высокого бизнес-здания и он молча покидает салон. Я вижу через тонированное стекло, как к нему тут же подскакивают двое помощников с напряженными лицами. Один из них что-то много и быстро говорит, протягивая Владу бумаги. Что происходит дальше, я не вижу. Авто мягко трогается, и меня увозят в другую сторону.

Конечной точкой поездки оказывается пафосный отель с собственным спа-салоном. Правда, отель еще не работает. Он только готовится к открытию, внутри доделывают последние мелочи и перекидывают бригаду рабочих с одного этажа на другой.

— Он принадлежит Бестужеву? — спрашиваю охранника, который сопровождает меня в номер.