Книга Торпеда. В деле. Книга 2, страница 165 – Виталя Гусынин

— А в том и дело, старина. Блатных у нас, как тараканов развелось. Задрала вся эта шушера. Я сам такой, но уж сколько лет стремлюсь отойти и спрыгнуть с этой темы. Все не получается. С этими гопниками, видел сам, какая херня происходила. Не надо больше нам повторения. Понятия эти уголовные, поддерживать не станем. Ты правильный парень, порядочный. Взгляд на жизнь у тебя трезвый. Понимаешь многое. Хочу тебя увидеть и в этом статусе. Решай дела, как считаешь правильным. Тебе дан зеленый свет, моя поддержка в любом вопросе. Я за тебя поручился.

— Ну как решать? У каждого же своя правда. Начнется война. Начнут толковать по-своему. — Все отнекивался Алик.

— Так вот и делай так, как тебе велит твой разум. Для этого и нужен смотрящий. Ты первый человек в городе. Ни какого криминала у тебя не будет. С тебя лишь требуется порядок и присмотр, за всеми этими шестаками. Все через меня. Я подскажу как. Скажу свое слово. Если да — значит да, если скажу стоп — тормозишь. Я твой куратор, если будет так понятнее. Медведь тоже угловым рядом будет, при тебе. Но центровой все равно ты!

Леху аж передернуло. Какой-то сопливый пацан, обычный работяга и встал в центре всего. Когда-то они с Никитой, бежали к Торпеде за помощью, чтобы он заступился за этих ребят. Теперь же этот человек главный в этом городе.

Торпеда рвал и метал. Психовал и нервничал. Эта новость не давала ему покоя. Как так, в обход него, сделали всё. А уж когда до Лехи дошли слухи, что Алик чуть ли не состоит в отношениях с его Настей, Он снова набухался и валялся, не просыхая, около недели. Никто ему не звонил и не тревожил.

Нет, Лебедь не жил с ней, не спал и не был влюблён. Хотя возможность такая не была исключением. Настя тепло относилась к этому парню. Ей именно сейчас нужно было крепкое мужское плечо и внимание. Она чувствовала это в нем. Алик приезжал к ней, они проводили время вместе. Гуляли с детьми, переписывались по телефону, катались на машине и просто сидели дома, под фильм. Было дело, он оставался и с ночёвкой у Анастасии.

От куда Торпеда об этом узнал? Да Настя сама ему сказала. Психанула. Довел он ее снова, своим приездом в не в адекватном состоянии. Заявился поздно вечером. Просил прощения, орал на нее, чуть ли не с кулаками лез. Мол не дает видеть собственных детей.

— Ты конечно опомнился. Сыну год вот-вот уже стукнет. Вовка живет у деда, которого твои ребятки, по твоей просьбе, чуть инвалидом не сделали. Козел ты! Ненавижу тебя и себя тоже, что вообще связалась тогда с тобой. Бандит и уголовник. Отвали из моей жизни! Тебе не нужна была я тогда. Теперь нам не нужен ты. У меня все отлично в личном. — Выталкивая его из дома, истерила Настя.

Угрожать стал. Тут она и решила припугнуть, что есть у нее мужчина.

Торпеда, по утру встал, глянул на свое заплывшее от запоя лицо, умылся, собрал вещи и отправился к Бугру на калым.

Там его встретили. Больше всех радовался Сыч. Сразу окрылился, осмелился и ходил павлином, почувствовав защиту. Начались рабочие будни. Похолодало. Отметили и день рождения Торпеды. Бугор законтачился с местной девушкой- поварихой. Она работала там вахтой. Договорился с ней и накрыл добротный стол вечером, в комнате, где они жили. Напившись, наевшись, хорошо посидели. Леха вышел курить в коридор и позвал с собой Сережу. Присели возле кафельной стенки, стали тихо переговариваться.