Книга Признаться в любви нелегко, страница 37 – Линдсей Армстронг

Никола проглотила ком.

— Продолжайте.

— И хотя больше из Рода невозможно было ничего вытащить, Ким начала размышлять вслух и сказала, что теперь ей стали понятны сплетни, которые доходили до нее еще до того, как Саша выдала вам семейный секрет…

— О том, что этот брак… не совсем такой, каким должен быть? – Собственный голос как-то странно прозвучал в ушах Николы.

— Прошу прощения, – пробормотал Ричард, – но это объясняет, почему Тара… Ну, в общем, если до нее тоже дошли эти сплетни… – Он махнул рукой. – Это значит… – Он внезапно осекся. Никола не отрываясь смотрела на него. Ричард подался вперед. – Можно я скажу вам кое-что еще? Это совсем другое… – Ричард замолчал, а Николу вдруг охватило предчувствие чего-то неизбежного. Собравшись с духом, Ричард продолжил: – Дело в том, что я полюбил вас с того самого момента, как увидел стоящей на дорожке сада. Если я что-то могу сделать для вас, пожалуйста, только скажите.

Никола открыла рот, потом вздрогнула, услышав какой-то звук, и, обернувшись, увидела стоявшего в дверях Бретта.

Молчание затянулось. Ричард начал собирать бумаги.

— Мне пора. Я выбрал неудачное время.

— Да, не самое лучшее, – откликнулся Бретт, и мужчины взглянули друг на друга.

Твердый взгляд серых глаз Ричарда не был вызывающим, но и не означал капитуляцию.

Обращаясь к Николе, он сказал:

— Завтра суббота. Как вы посмотрите на то, если я приду в понедельник? Возможно, все немного успокоится.

— Да. Я… я… если вы оставите мне наброски, я смогла бы их просмотреть. Ой! Я же еще не успела показать Бретту контракт. – Она замолчала, раздосадованная тем, что говорит бессвязно и смущенно.

— Никаких проблем, – улыбнулся ей Ричард. – И это сделаем в понедельник.

— Тогда я вас провожу, – коротко сказал Бретт.

— Не беспокойтесь. Я найду дорогу. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, – пробормотала Никола, а Бретт только наклонил голову. – Он не мог знать, – сказала она Бретту, когда они услышали, как закрылась парадная дверь.

— Нет, я… – начал было Бретт, но остановился: снова раздался звонок в дверь. – Черт возьми, дом превращается в какой-то вокзал!

Однако на сей раз позвонивший не стал дожидаться, пока ему откроют. В столовую танцующей походкой вошла Мариетта.

— Привет, – тихо сказала она. – Я не могла ждать до завтра, чтобы увидеть моих синичек, поэтому мы прилетели сегодня. Как ты, Ники, дорогая? – И она подошла, чтобы поцеловать Николу в щеку.

Именно в этот самый момент в комнату с другой стороны вошла Тара. Произнеся: «Бретт…», она замолчала.

Мариетта, вся в розовом и алом, стильная и, как всегда, красивая, удивленно округлила глаза, когда ее взгляд упал на незнакомую женщину. Почти целую минуту они молча рассматривали друг друга – элегантные и утонченные…

Атмосфера становилась тяжелой.

Наконец Мариетта повернулась к Бретту и, резко дернув головой, спросила:

— Что, черт побери, это такое?

Положение спасла Никола:

— Тара, это Мариетта, мать Криса и Саши. Она только что прилетела из-за границы. Мариетта, это Тара Уэллс. Она теперь работает в «Хинтон, Хэркорт и К°» в качестве специалиста по гражданским судебным спорам. Мисс Уэллс была настолько любезна, что принесла подарок Крису, который вчера упал и сломал ногу, но у него все будет хорошо, – торопливо добавила она.