Книга Признаться в любви нелегко, страница 18 – Линдсей Армстронг

Никола шумно выдохнула. Так вот оно что – он до сих пор заменял ей отца! И она сказала безучастно:

— А когда ты сможешь прекратить вести себя как мой опекун, Бретт?

Он молчал так долго, что она подумала: он вообще не собирается ей отвечать. Потом он произнес, слегка пожав плечами:

— Мы могли бы все пересмотреть после твоего совершеннолетия.

— Ты считаешь, что одна-две недели имеют такое большое значение?

Он слабо улыбнулся.

— Как знать? А пока почему бы тебе не пригласить Ричарда на ужин во вторник? Я пригласил Тару Уэллс. И мы пригласим еще Мейсонов. Ты бы могла заодно показать Ричарду свою керамику.

Никола наморщила лоб.

— Тара Уэллс? А я ее знаю?

— Нет. Я ужинал с ней в субботу вечером. Тара недавно работает в нашей фирме. Она переехала сюда из Брисбена и, насколько я представляю, чувствует себя сейчас потерянной и одинокой.

— Она – адвокат?

— Да, – подтвердил он. – Специалист по гражданским и судебным спорам. Мне кажется, она тебе понравится.

— Это будет официальный ужин?

— Если ты так хочешь. Это у тебя получается прекрасно.

— Спасибо. А не слишком ли рано мы делаем ответное приглашение Мейсонам?

— Уверен, они не станут возражать, это только придаст им уверенности в том, что никакой катастрофы сегодня не произошло.

Никола казалась обескураженной.

— Хорошо. Я завтра позвоню Мейсонам, чтобы их поблагодарить и одновременно пригласить к нам. Почему бы и нет?

— А что касается Саши, я думаю, что нам надо просто не придавать этому значения, – заметил Бретт.

Никола подняла бровь.

— Я не собиралась устраивать подробное обсуждение. Но неужели ты считаешь, что нам надо оставить все это без внимания – до тех пор, пока она и в следующий раз не поставит нас в неловкое положение?

— Она была в какой-то степени спровоцирована.

Никола поморщилась и встала.

— Я так и не закончила приводить в порядок хозяйственные счета. Спокойной ночи.

— Никола… – позвал Бретт.

Она обернулась в вежливом ожидании.

— Я… – он помолчал, – я действую исключительно в твоих интересах.

— Верю тебе на слово, Бретт. Спокойной ночи.

Она была уже в дверях, когда он снова остановил ее.

— Ну что теперь? – холодно спросила она.

— Две вещи, – суховато ответил он. – Не забудь, что в следующую субботу будет бал в Юридическом обществе, а завтра мы приглашены на День открытых дверей в мою среднюю школу. Тебе, – напомнил он, – предстоит вручить награду за успехи, которую я ежегодно передаю в дар школе.

— А почему мне? Ты сам не можешь это сделать?

— Я буду произносить речь. Все, что требуется от тебя, – это вручить награду. Если помнишь, ты с большим успехом сделала это в прошлом году.

— Не могу понять, почему, – пробормотала она.

— Могу сказать. Все девчонки увидели в твоем изяществе, очаровании и чувстве собственного достоинства пример для подражания, а у всех мальчишек потекли слюнки.

— Бретт, это… – Она замолчала, потому что, конечно же, он беззвучно смеялся над ней.

— …не так уж далеко от истины, – пробормотал он, потом поднял бровь. – Так ты пойдешь? Они будут расстроены, если нет.

Никола стиснула зубы.

— Это неслыханный шантаж. Да, пойду, но по принуждению.

Она быстро вошла в дом.

Уснуть в ту ночь было трудно.

Никола встала и приняла душ, чтобы теплая вода помогла ей успокоиться. Потом достала свежую ночную сорочку, поправила постель и легла на спину, подложив руки под голову.