Книга Бастард Великой Орды, страница 117 – Александр Майерс, Андрей Абрамов

Вече собиралось знатное. Заключённый на словах союз следовало закрепить делом, и сейчас предстояло выторговать наиболее выгодные условия сотрудничества. Но сначала надо хорошенько набить животы — с пустым брюхом толкового разговора не заладится.

— Добился всё-таки, — усмехнулся Урзул, когда мы спустились с башни осмотреть двор. — Кто бы мог подумать, что опальный бастард-полукровка сможет склонить диких к союзу.

— Это не принуждение, Урзул, — ковырнул я сапогом камень. — Это здравый смысл. Только мало кто способен его углядеть. Дикие углядели.

— Нестандартно мыслишь, комендант, — качнул головой шаман. — Оттого и народ к тебе тянется. Вон даже, деревенских привёл. И не зря! Отряд вражий выследили. Савелий с тех пор индюком ходит. Но это хорошо. Наш брат тоже подобрался — каждый полезным стать хочет, а не абы где отсидеться, как раньше.

Урзул даже не понимал, что говорит пророческие слова. А я всё это видел насквозь. Как люди, и не только они, годами радеющие только за свою шкурку, становились единым целым. Острог, наконец, обзавёлся костяком — теми, кто готов защищать жизни близких, теми, кто не побоялся встать поперёк Орды и не побежал.

И на этот костяк ещё только предстоит нарастить мясо. И оно, мало-помалу, уже нарастает.

Подошла Зарра. Её немного раскосые глаза скользнули по Урзулу и остановились на мне.

— Всё, готово, Кром. Столы накрыты. Гили с отцом и остальными на месте.

Я с шумом выдохнул. Пришло время переговоров.

— Пойдёмте. Негоже заставлять гостей ждать.

Столы стояли буквой «П». По бокам расселись жители. Особняком притулились дикие. Для них вместо лавок пришлось городить столы поменьше, иначе над ними торчали бы только уши.

Рост самого высокого из них едва ли доходил до метра с кепкой. Но беспомощными их это не делало — я лично видел, на что способны такие коротышки. Особенно если их много.

Я сел в центре. Справа притулились Молох, Урзул и Зарра. Долдорт расположился слева от меня. Гили, с другими официальными лицами, заняли места подле короля.

Грета подала запечённого кабана, сдобренного нарубленными овощами. Пятница наполнил кружки брагой.

Вече началось.

— Ну, начинай, — тихо шепнул Урзул, закидывая на тарелку ломоть мяса.

Я ухмыльнулся. Начинать, так начинать. Молох рядом подобрался, отодвигая от себя миску — ещё бы, орку предстояло переводить непростой диалог.

Я встал, окидывая взглядом стол. Народ приумолк. Главарь гоблинов отхлебнул из кружки, икнул и уставился на Молоха, чьими устами я говорил.

— Я горд, что удостоен чести принять в стенах острога короля Долдорта и его горный народ, — я осмотрел всех долгим взглядом, остановившись на короле. — И я хочу испить из этой кружки, чтобы окончательно скрепить наш союз.

Я развернулся всем телом к Долдорту. Он, чуть прищурившись, поднял свою кружку. Мы шумно стукнулись железом и осушили всё до дна.

Гуляния шли до поздней ночи, а потом мы с Долдортом и Молохом уединились в палатах башни.

Усевшись с края дубового стола, я рукой пригласил занять лесного короля место рядом. Сделал я это умышленно, потому что коли уж речь зашла о союзе равноправных, то и сидеть его представители должны на равных местах. Уверен, сам Долдорт поступил бы также.

Такой жест не остался незамеченным, король гоблинов с пониманием кивнул, и вскарабкался на стул. Молох расположился по левую руку от меня, приготовившись говорить от моего имени.