Книга Ян и Инь 3. Свой, среди чужих, страница 81 – Павел Вяч, Ник Вотчер

Хватило всего одной заржавшей от боли лошади, нога которой неудачно провалилась в яму, чтобы остальные всадники окутали своих животных духовной защитой.

Первым монголов атаковал Акамир, когда нашёл подходящую для сражения площадку. Он достал свой лук и принялся стрелять во врагов окутанными духом стрелами. Ему приходилось экономить силы, из-за чего не каждая стрела пробивала духовную защиту всадников и их лошадей.

Первые потери вызвали в рядах монголов крики ярости. У меня вообще возникло ощущение, что они рассчитывали на то, что мы просто сдадимся без боя. И то, что мы не просто стали защищаться, а ещё и смогли убить и ранить некоторых из них, сильно их разозлило.

— Вы заплатите за кровь наших братьев, заморыши! — закричал их командир, духовная защита которого выдержала уже два попадания Акамира.

Он вырвался вперёд и словно намеревался испепелить моего приятеля взглядом. Хотя, почему «словно»? Клинок в его руке окутался пламенем. Один в один, как это делал Акамир. Это говорило лишь о том, что нам встретился действительно сильный противник.

Я не стал подниматься к приятелю. Вместо этого я остановился, не доходя до него нескольких метров, и приготовился встречать самых шустрых монголов, позволив Акамиру максимально воспользоваться преимуществом.

Первым до меня добрался пылающий гневом предводитель этого отряда. Он небрежно махнул в мою сторону мечом, словно не считая меня достойным своего внимания. У меня сложилось впечатление, что Акамира он посчитал более опасным. И всё из-за того, что тот тоже умел пользоваться огненной стихией.

Я не стал выяснять, что сильней, моя защита или пылающий огнём меч. Вместо этого я шагнул к лошади и ударил её по шее. Духовные когти с трудом, но прошли сквозь защиту, и из раны хлынул поток крови.

Животное издало жалобное ржание и встало на дыбы. Не ожидавший такого монгол чуть не выронил свой меч, когда с трудом удержался в седле. Я не стал дожидаться, когда мощные копыта обрушатся мне на голову, и с силой пнул животное.

Камни под его задними копытами поехали, и конь, кувыркаясь, полетел вниз, сбив по пути поднимающегося за ним другого всадника. Сам командир успел выскочить из седла и бросился на меня, желая отомстить за своего скакуна.

Призрачные конечности без труда справились с его защитой, пробив грудь в двух местах. Мне повезло, и я попал монголу прямо в сердце, из-за чего он тут же испустил дух.

Смерть командира привела оставшихся воинов в дикую ярость. Забыв про осыпающего их стрелами Акамира, они стремились добраться до меня, чтобы растерзать на мелкие части. Мне пришлось изрядно попрыгать, уворачиваясь от ударов оружия и копыт, умудряясь атаковать в ответ.

Ни один из нападавших так и не повернул назад. Почти все они предпочли умереть в бою. Мне удалось ранить двоих. Я хотел расспросить их о том, кто они такие, что здесь делали и зачем погнались за нами. Но добился лишь потока брани в свою сторону. Ни один из них не пожелал отвечать на мои вопросы, так что пришлось их убить.

Зато нам удалось сохранить жизни трём лошадям. Они сперва не хотели пускать нас в седло, но когда мы увели их подальше от мёртвых тел бывших хозяев, животные подуспокоились и смирились со сменой владельца.

Передвигаться верхом было значительно быстрее и удобнее. Вдобавок, мы прошли по убитым и собрали с них трофеи. Увести всё мы не могли, поэтому выбирали самое качественное и дорогое. Заодно, Акамир, наконец-то, пополнил запас стрел и сменил свой лук на получше. Путешествие по пещерам и аномалии не прошло для последнего даром. Но мы в любом случае рассчитывали на то, что шаман сделает ему лук наподобие того, который приятель потерял, когда нас взяли в плен.