Книга Ян и Инь 3. Свой, среди чужих, страница 78 – Павел Вяч, Ник Вотчер

— Акамир, не дёргайся! Позади нас странный баран, владеющий льдом.

Приятель медленно обернулся и начал отступать в мою сторону мелкими шагами, не отрывая взгляда от опасного существа. Тот же, в свою очередь, стоял без движения, словно чего-то ожидая. Или кого-то.

Я полностью сосредоточился на странном баране, совершенно упустив из виду Дорбуя. Последний час он шёл еле переставляя ноги, поэтому я даже не подумал, что у него хватит сил устроить нам какую-то пакость.

Я ошибся.

Небольшой камень попал барану прямо в голову. Никакого урона он ему не нанёс, но явно разозлил и вынудил действовать. Зверь помчался на нас, оставляя за собой небольшие островки льда. Его рога засверкали и тоже начали покрываться льдом, как и копыта.

Мы втроём стояли рядом, поэтому он бежал прямо на нас. Я даже не подумал вставать на пути у несущегося животного. Вместо этого я отпрыгнул в сторону, успев заметить, что Акамир поступил точно также.

А вот Дорбуй, даже если и хотел бы последовать за нами, не смог. Нет, он попытался дёрнуться, но не успел. Бесшёрстный баран оказался быстрее. Он протаранил монгола своей башкой и побежал дальше, хрипя от ярости и пытаясь дотянуться до орущей головы.

Кричал Дорбуй. И кричал он от боли. От удара его подбросило вверх и насадило на рога, к которым от тут же примёрз. Выбраться он не мог, не хватало сил. Вдобавок его лицо оказалось прямо перед мордой барана, вынуждая последнего пытаться догнать своего обидчика. Вот только у него ничего не получалось. Как бы зверь не пытался, догнать орущего монгола он не мог.

Ситуация до жути напоминала осла и морковку, только в роли осла выступал изменённый зверь, способный ударом рогов разбивать камни и промораживать насквозь толстые деревья. А в роли морковки выступал мстительный монгол, которому Великие Предки воздали по его заслугам!

Мы не стали ждать и смотреть, чем всё закончится. И уж тем более, никто из нас даже не дёрнулся, чтобы помочь Дорбую, даже не смотря на его призывы и мольбы о помощи. Пользуясь удобным моментом, мы подхватили наши вещи и побежали в сторону заставы, ориентируясь на столб дыма.

Крики монгола удалялись всё больше, даря нам надежду, что после того, как он всё-таки разберётся с орущей добычей, баран не решит последовать за нами.

Начался довольно крутой спуск, и нам пришлось постараться, чтобы не преодолеть его на заднице. Трава под ногами скользила, мелкие камешки осыпались, корни словно сами бросались под ноги. Приходилось внимательно следить за тем, куда наступаешь. Ладно хоть стало больше деревьев, за которые можно было придержаться, чтобы сбавить скорость спуска.

Застава оказалась намного дальше, чем мне показалось сверху. Мы добрались до неё, когда уже вовсю наступила ночь. На тёмном небе, закрытом тучами, дыма было не видно. Пришлось идти, полагаясь на нюх. Благо, что у меня, что у Акамира он был довольно острый. И чем ближе мы подходили к заставе, тем больше я убеждался в мысли, что что-то не так.

Как оказалось, горели не дрова, а шатёр, который служил дежурящим здесь монголам жильём. Теперь от него ничего не осталось. Он сгорел дотла, а вместе с ним сгорело всё, что было внутри. Тел, к слову, не оказалось. И это было странно. Куда они могли деться, и зачем им было сжигать шатёр? Вопросы, на которые у нас не было ответов.