Книга Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля, страница 114 – Леона Эльсворд, Таисия Касам

Лирия в ответ прислала короткое письмо:

«Инструменты получила. Один из них слишком много говорит. Заберите обратно при случае».

Сар прочитал письмо и оскорбился.

— Это может быть про кого угодно, но точно не про меня.

— Конечно, - сказала я.

— Я полезен.

— Безусловно.

— И лаконичен.

Эрик рассмеялся.

Глава 77

В день, когда лунный барьер окончательно растворился, над Ольцегом не было тумана.

Впервые за многие годы.

Небо стояло чистое, море сияло густой синевой, а подземное королевство открыло верхние врата, чтобы жители Лунного Двора впервые вышли на поверхность.

Они поднимались медленно.

Смотрели на солнце, на море, на птиц и на траву под ногами так, будто заново учились верить миру. Некоторые плакали. Дети смеялись и пытались ловить ветер руками, а взрослые не останавливали их, потому что сами смотрели на небо с тем же потрясением.

Жители Ольцега стояли рядом - люди, рыбаки, мастера, торговцы - и смотрели на Велунари с таким же изумлением. Две части одного острова впервые увидели друг друга не через легенды, не через страх и не через забытые карты, а лицом к лицу.

Я стояла на ступенях поместья.

Слева был Элиас.

Справа - Эрик.

Перед нами стоял народ, две живые половины одной истории, которая наконец перестала быть тайной.

Арвена подняла руки.

— Лунный Двор проснулся. Но мир изменился, и мы не вернем прошлое таким, каким оно было. Мы построим новое.

Элиас шагнул вперед.

Я видела, как он волнуется, но его голос звучал твердо:

— Я не знаю всех законов, которые должен знать наследный принц. Я не помню детства, которое у меня украли. Я не могу обещать, что никогда не ошибусь. Но я могу обещать другое: я не позволю нашему народу снова заснуть от страха. Мы будем жить. Не прятаться, но и не отдавать свою силу тем, кто придет с жадностью.

Люди слушали.

Потом он взял мою руку.

— Моя сестра вернула верхний дом. Вместе мы открыли врата. Вместе мы будем держать их.

Я почувствовала, как сила дома проходит через нас обоих.

Серебряный свет поднялся от земли.

Как благословение.

Эрик наклонился ко мне и тихо сказал:

— Ты сияешь.

— Буквально?

— Очень.

— Неловко.

— Прекрасно.

Я улыбнулась.

Кайрен рядом прошептал Вейле:

— Я же говорил.

Ниоль громко спросила:

— А малыш тоже светится?

Разумеется, услышали все.

Я покраснела, Эрик гордо выпрямился, а Элиас посмотрел на меня с выражением старшего брата, который все еще не до конца смирился с происходящим.

— Я все еще собираюсь поговорить с ним о сроках.

Эрик улыбнулся.

— Я готов принять братский гнев.

— Не радуйся заранее.

Агата положила руку на локоть Элиаса.

— Может, не сегодня?

Он посмотрел на нее и сразу смягчился.

— Хорошо. Не сегодня.

Сар закатил глаза.

— Принц Лунного Двора усмирен одним касанием. Полезная женщина.

Агата улыбнулась.

— Осторожнее, Сар. Я знаю, где хранятся твои любимые ягоды.

Лис мгновенно замолчал.

— Мудрая женщина.

Вечером был праздник.

Не дворцовый и не официальный, а настоящий.

На площади у поместья накрыли столы. Жители Ольцега принесли рыбу, хлеб, сыр и ягоды. Велунари принесли лунное вино, подземные фрукты и светящиеся сладости, от которых Ниоль пришла в такой восторг, что Кайрену пришлось торжественно поклясться не съесть ее долю. Музыканты играли вместе: человеческие скрипки переплетались с велунарскими серебряными арфами, и над площадью рождалась новая песня Ольцега.