Книга Рассвет ярости и гнева, страница 272 – Мелисса Рёрих

Надо будет спросить у отца, — решил он про себя.

Закончив подтягивания в тренировочном зале своей пещеры, Лука спрыгнул на пол. Тесса все еще стояла у двери, будто не решаясь войти.

— Это не тренировочная одежда, — заметил он, окинув взглядом ее длинный шелковый халат, затянутый поясом на талии.

Она закатила глаза и скрестила руки на груди.

— Очевидно.

— Где Теон?

— Звонит кому-то. Готовится к завтрашнему дню, — пожала она плечами, оглядывая комнату.

— Что-то не так?

— Все в порядке.

— Тогда почему ты на меня не смотришь?

При этих словах ее взгляд метнулся к нему, но она тут же снова отвернулась.

— Тесса, — произнес он, и это имя прозвучало как предупреждение. — Мы только вчера говорили о секретах.

Она издала короткий смешок:

— Так мы теперь это называем? «Разговором»?

Он ухмыльнулся.

— Ну да. Думаю, нам стоит сегодня устроить еще один такой разговор. Я согласую с Теоном и сообщу тебе, когда и где.

Она снова рассмеялась. На этот раз чуть громче, и у него в груди что-то сжалось от этого звука. С каждым днем они слышали его все чаще.

Сделав большой глоток из бутылки с водой, Лука прошел через зал и остановился прямо перед ней. Вся легкость куда-то исчезла. Она явно из-за чего-то нервничала. И, несмотря на то что за последние недели многое между ними наладилось, он не мог избавиться от легкого подозрения. Не мог не думать о том, что ее тревога может оказаться такой же разрушительной, как и тайна, связанная с его отцом.

— Что случилось, Тесса? — снова спросил он, стараясь не дать недоверию просочиться в голос.

Она переступила с ноги на ногу, заправила прядь волос за ухо и снова скрестила руки. Поводила носком по чему-то невидимому на полу и наконец тихо произнесла:

— Мне нужно кое-что у тебя спросить.

— Давай.

— Ты… ты расстраиваешься из-за метки? Ну, той, что на груди.

Лука опустил взгляд на метку, расположившуюся точно в центре груди, потом снова посмотрел на Тессу. Она подняла глаза, когда он ничего не ответил.

— Лука? — ее голос звучал неуверенно.

— Прости, малышка, — наконец сказал он. — Просто пытаюсь понять, с чего бы мне расстраиваться из-за того, что ты спасла мне жизнь.

— Потому что у тебя не было выбора.

— Если бы я был мертв, это уже не имело бы значения. А уверяю тебя, я бы выбрал жизнь, — ровно ответил он.

— Я не об этом, — с досадой произнесла она и потянулась к волосам. Но, заметив, как Лука прищурился, замерла и опустила руку. — Я о том, что ты сам не выбирал эту метку. О том, что теперь нам нужно быть осторожнее.

Наконец поняв, к чему она клонит, Лука отставил бутылку с водой и протянул ей руку. Она нерешительно вложила пальцы в его ладонь, и он притянул ее к себе.

Тесса запрокинула голову, чтобы посмотреть ему в глаза; в ее взгляде застыло что-то похожее на вину.

— У тебя не было возможности выбрать эту связь, — прошептала она. — Я знаю, каково это — быть втянутым в узы, которых ты не хотел. В то, чего ты не выбирал.

Он ничего не сказал, просто наклонился и поцеловал ее. Она растаяла в его объятиях, позволив ему вести, пока он запускал пальцы в ее волосы. Когда она приоткрыла губы, он углубил поцелуй, слегка потянул за волосы и чуть наклонил ее голову, чтобы найти лучший угол.

Оторвавшись от нее, он прижался лбом к ее лбу.

— Я понимаю, почему тебе это дается так тяжело. Но я не злюсь, Тесса. Ты спасла мне жизнь. Дала возможность остаться здесь, с тобой и Теоном. Если ты переживаешь, что я недоволен необходимостью следить за расстоянием между нами… что ж, думаю, вчера мы выяснили, что тебе не стоит никуда ходить без нас, — сказал он. — И если это значит, что я должен держаться в определенном радиусе от тебя, то я не считаю это обузой.