Книга Рассвет ярости и гнева, страница 127 – Мелисса Рёрих

В горле у нее встал ком, и она с трудом его сглотнула, глядя на него снизу вверх.

— Зачем ты мне это говоришь? — прохрипела она.

— Чтобы ты могла решить, кем хочешь быть, — просто ответил он. — Не ради меня или Декса. Не ради Теона, Луки, Ахаза или Ариуса. А ради себя, Тесса.

Она отвела взгляд, пытаясь привести мысли в порядок. Возможно, это снова были красивые слова. Возможно, он просто пытался завоевать ее доверие. Всю жизнь все только этим и занимались: становились ее единственной опорой, чтобы потом манипулировать ею. Он хотел свободы, а она была его пропуском к ней. Вряд ли он мог сделать что-то, чтобы убедить ее в обратном.

С другой стороны, когда-то она точно так же думала и про Теона.

— Ты знаешь, как снять этот гребанный браслет? — внезапно спросила она, поднимая руку. — Он нас жутко бесит.

Брекен медленно кивнул.

— Эти штуки создавали, чтобы сдерживать существ Хаоса во время Вечной войны. Чтобы их снять, нужна кровь трех разных Первородных богов. Или, в данном случае, их Наследия.

— Во мне течет кровь трех Первородных богов, — возразила она.

— Да, но ты — та, кто в ловушке. К тому же все мы знаем, что может призвать твоя кровь, — напомнил Брекен.

Рыцари Света.

Она была крайне осторожна и не призывала их с того самого дня у реки.

— Я могу помочь тебе его снять, но мне понадобится немного времени, чтобы раздобыть то, что нужно. Правда, если я это сделаю, я не смогу быть таким… полезным, как раньше, — осторожно добавил он.

— Потому что они поймут, что это ты мне помог, — вздохнула она, крутя браслет. По крайней мере, он не впивался в кожу, как те браслеты, что надевали раньше.

— Я помогу, — снова сказал он, вставая. — Просто дай мне немного времени, чтобы все продумать.

— А мне что делать все это время? — спросила она, когда он уже собрался уходить.

— То же, что ты делала все это время, Тесса. Решай, кем ты хочешь быть. Но предупреждаю: время у тебя на исходе.

ГЛАВА 18. АКСЕЛЬ

— Все в порядке, да? — спросил Аксель, прислонившись к стене и заложив руки за спину.

Он изо всех сил сдерживался, чтобы не зарычать и не отшвырнуть ведьму прочь от Кэт, хотя и понимал, что та не причиняет ей вреда. Ведьма знала Сиенну и управляла Аптекарским районом. Она была на их стороне. И все же вид ее рук, замерших над округлившимся животом Кэт, и струящийся из них слабый свет пробуждали в нем желание совершить нечто запредельно жестокое.

— Замолчи, — отрезала Миара тоном столь же резким и ледяным, как у всех ведьм, с которыми Акселю доводилось сталкиваться.

Ее длинные темные волосы свободными волнами ниспадали на плечи, резко контрастируя с бледной кожей. Фиолетовые глаза были закрыты. В процессе работы она склонила голову набок, будто прислушиваясь к чему-то.

— Все хорошо, Аксель, — тихо произнесла Кэт, опустив руки вдоль тела.

— Она возится дольше обычного, — возразил он.

И это была правда. Они приходили к Миаре каждую неделю, и раньше ведьма никогда не тянула так долго, чтобы объявить, что все в порядке и развитие идет как положено. И речь шла не о паре лишних минут. Уже почти четверть часа они сидели в этой гнетущей, пронизанной тревогой тишине.

— Аксель, дай ей работать! — сказала Кэт, прикрыв глаза.

Она старалась это скрыть, но он слышал. Ту самую тонкую нить беспокойства, которую она изо всех сил пыталась замаскировать. Одного этого хватило, чтобы он оттолкнулся от стены и шагнул вперед.