Книга Дело о Книжном Клубе, страница 98 – Филиппа Кларк

— Ладно, я не понимаю, мам. Ты перезвонила Октавии, чтобы сказать, что всё-таки не приедешь?

— Октавии? Ах нет, звонила мне не она. Разве я не упомянула? Как бы нелепо это ни звучало, но это была Вероника.

Телефонный звонок в магазине прервал долгое молчание, последовавшее за словами Рози. Никто не стал снимать трубку.

Шарлотта не решалась заговорить – вдруг велят замолчать, – хотя вопросов у неё была сотня. Например, зачем Веронике предлагать примирительный визит, если она не только обвинила Рози в заговоре против Октавии, но и подала на неё официальную жалобу? И с каких пор Рози верит хоть чему-то из того, что говорит Вероника? И что Джонас делал в садовом центре, и почему Вероника была сама не своя, и зачем Генри фотографировал машины?

— Шарлотта. По-моему, сейчас самое время.

Трев смотрел на неё, пока она пыталась выбраться из тумана своих мыслей.

— Прости. Я что-то пропустила?

Его лицо ничего не выражало.

— Дорогая, Трев спросил, можно ли ему посмотреть мою фотографию, которую сделал Генри.

— Нет, я не это…

— Но достаточно близко к этому.

Рози скрестила руки на груди и бросила на сына взгляд, который он проигнорировал, отвернувшись.

— Конечно. Я принесу.

Что угодно, лишь бы сбежать от этих осуждающих взглядов. Она встала и поспешила к задней двери, вытаскивая ключи из кармана. К тому времени как она добралась до двери, Трев уже шёл за ней по пятам.

— Я сейчас вернусь.

Она вылетела за дверь и взбежала по лестнице, но он снова оказался у неё за спиной – когда она уже вставляла ключ в замок. Шарлотта остановилась и подняла на него глаза.

— Мне не нужна нянька.

— Я сейчас не доверяю себе – вдруг скажу совсем не то, что тебе нужно услышать.

В его голосе что-то дрогнуло. Уязвимость, которую она никогда прежде не слышала. А затем её сменила жёсткость.

— Смирись с этим, Шарлотта. Я хочу посмотреть это подальше от мамы.

Пока слёзы, подступившие комом к горлу, не хлынули наружу, Шарлотта открыла дверь и толкнула её. Глянула вниз – с облегчением не обнаружив очередного листка бумаги.

— В третьей спальне.

— Показывай.

Идя в спальню, она услышала, как дверь закрылась на замок. Всё это было несправедливо. Ни к ней, ни к нему, ни к Рози. Разве так защищают тех, кого любишь? Просто смирись с этим. Конечно. Она сможет с этим смириться.

Он вошёл за ней в спальню и встал рядом – не прикасаясь, но достаточно близко, чтобы жар от его тела доходил до неё. Или ей показалось. Долго он изучал пробковую доску – так же, как вчера это делали детективы. Он снял злополучный пластиковый файл и пристально посмотрел на него, затем глянул на Шарлотту.

— Где ты это спрятала?

— В шкафу.

— Я понимаю, что ты хочешь защитить маму. – Он покачал головой; на лице проступило раздражение. – Но так нельзя было делать, Чарли.

Ну хотя бы снова Чарли.

— Когда ты это получила?

— В ту ночь, когда остался Лаки.

— Лаки?

— Вудленд. Эбби лежала в больнице, рожала, так что Лаки провёл день со мной и Рози, а потом мы пошли ужинать. Не Рози. Она рано ушла домой – встречаться с детективами. Мы с Лаки играли в карты, а потом, когда Дарси забрал его, я нашла записку. Вернее, Дарси её увидел.

— Ты хочешь сказать, что Генри её подкинул – за неимением лучшего слова – когда здесь были ты и маленький ребёнок? – Он оторопел.