Книга Маугли 1. Конец отпуска, страница 133 – Павел Казаков

— Стоять! – заорал я и выстрелил между ним и его сыном. Пуля ударила в дверь мерседеса. Череватов-старший замер.

— Нет больше легендарного ножа, Анатолий Фёдорович. Сломался. Так вот, я продолжу. Мне пришлось скрываться и искать возможность пообщаться с тобой с глазу на глаз. На разговор с Владимиром совсем не расчитывал, но не могу сказать, что меня такой расклад не устраивает, совсем наоборот.

Череватов молчал. Но смотрел очень нехорошо.

— Анатолий Фёдорович и ты, Владимир Анатольевич, скажите мне, пожалуйста, как люди бывалые, что мне делать в текущей ситуации? Вводные данные такие. Моя семья потеряла сына, меня ищут, моя мама и отец сейчас очень волнуются. Я очень переживаю за своих родителей. Они не заслужили, что с ними такое происходит. Но пока никто не знает, что я жив, мы все в относительной безопасности. Но стоит мне объявиться, как все те, кому я перешёл дорогу, снова будут желать моей смерти и будут использовать мою семью, чтобы надавить на меня. Мне очень не нравится, что меня хотят убить. Мне также очень не нравится, что мне самому пришлось убивать и скрываться. И ваш бизнес, Анатолий Фёдорович, мне тоже очень не нравится, – всё это я говорил, пристально глядя в глаза Череватова, он тоже не отводил от меня своего тяжёлого взгляда. Но мой оказался тяжелее, Череватов-старший опустил глаза.

— Так вот, я продолжу. Меня втянули в игру на выживание. Либо я, либо меня. Просто очень бескомпромиссная игра. Какой-то, прямо, хардкор. Пока по очкам я выигрываю, но расстановка фигур так себе. И вот мне в руки попадают две серьёзные фигуры. Так что мне с ними делать? Оставить на доске, чтобы они могли играть против меня или убрать с доски? Я не верю, что могу заставить или уговорить вас обоих играть на моей стороне.

— Что ты задумал? – глядя в землю спросил Череватов-старший.

— Я хочу, чтобы вы мне всё рассказали, что вам известно про заказ на меня. Кто заказал меня? Кто ещё из вашего ЧОПа знает про этот заказ? Как мне их найти? Слабости и сильные стороны этих людей. Их ресурсы и возможности. Мне придётся их убить. Всех. Расскажите всё, что вам известно о них, что пригодится мне в этой игре. Или войне. Вы всё мне расскажете, что может мне помочь.

— А потом? – поднял на меня глаза Анатолий Фёдорович.

— Потом я вас убью. Обоих.

— Володя к этому не причастен, его за что?

— Володя к этому причастен. Я слышал ваш разговор возле сожжённой машины. Я был там рядом.

— Зачем нам тебе помогать, если ты нас убьёшь? – спросил Владимир, но по его глазам было понятно, что он догадывается, что я отвечу.

— Александр Череватов будет жить. Он действительно мне ничего не сделал, но поймите меня правильно: в лагере врага только враги. Он на стороне врага. У меня сейчас два варианта: стараться убить всех, до кого смогу дотянуться, всех сотрудников ЧОП «Нож», всех ваших родственников, либо убить ключевых врагов, чтобы остальные просто самоустранились. Я не хочу убивать больше необходимого, но я уже умею убивать и буду это делать и дальше. Вы оба свою смерть заслужили. Нельзя играть в такие игры и не рисковать. Всё что я вам сейчас оставляю, это возможность сохранить жизни родных. Выбор простой: либо вы умираете, зная, что помогли выжить своим родным, либо за счёт жизней близких вы выгораживаете заказчика. Я понимаю, что так себе предложение, но вряд ли вы можете ожидать большего от человека, который стоял здесь связанный и кого должны были прирезать каким-то, сука, офигенно легендарным ножиком, – мне уже не удавалось сдерживать эмоции. Я переводил взгляд с одного Череватова на другого. Они оба смотрели в землю.