Книга Маугли 1. Конец отпуска, страница 129 – Павел Казаков

Тем временем папа с сыном приблизились на расстояние примерно трёх метров и держали нас под прицелами. Крапива сидела на расстоянии примерно полутора метров от меня, скопировав мою позу: на коленях, руки за голову.

— А чего их на пузо не положил? – глядя на нас спросил сын отца.

— А ты что их боишься? Посмотри на этого ублюдка. Из-за него я должен нож искать. Его и эту бабу, видимо, Степан послал.

— Анатолий Фёдорович, – стараясь показать голосом стопроцентное непротивление злу насилием сказал я, – нам Степан дал инструкции с вами здесь встретиться. Он просил меня кое-что вам передать по поводу ножа.

— Просто передать? А почему ты ко мне со спины заходил?

— Так я вас возле дома стерёг, а ей позвонил, чтобы на дороге встала и сам сюда побежал. Вот и добежал.

— Да, бегать ты мастер, это мне ребята рассказывали. Кстати, что с ними и почему ты вдруг на Степана работаешь?

— Я всё расскажу. Мне тут говорить?

Череватов-старший огляделся. Хоть улица и была пустынной, но это не исключало вероятности того, что кто-то сейчас из окна не снимает происходящее на камеру. Всё-таки двое с пистолетами, двое на коленях – это не самая тривиальная сцена для нашего города.

— Вова, обыщи их, вяжи и в машину.

— У меня одна пара наручников, я этого упакую, а девка и так доедет.

Так сейчас надо приготовиться. Надеюсь, телепатические навыки Крапивы в этой ситуации не подведут. Я посмотрел на неё, она была сосредоточена на Анатолии Фёдоровиче. Тем временем Вова засунул пистолет обратно в кобуру на поясе. И откуда-то из-за спину достал пластиковые наручники. Разложил их так, что туда можно просунуть две руки и пошёл ко мне. Я как мог старался выглядеть необидным. Вова зашёл мне за спину.

Максимальная готовность. Я прекрасно отслеживаю младшего Череватова Восприятием. Ощущаю каждый его шаг, каждое движение.

— Встань, – командует он. Я встаю, держа руки за головой. Он может увидеть пистолет, если тот выделяется под кофтой, а может не увидеть. Врал я Крапиве, что волновался на лавочке. Вот сейчас я волнуюсь. Эти мысли лёгким фоном присутствуют в голове ни капли не мешая сосредоточиться. Вот он опускает мою левую руку, заводит за спину и продевает в петлю наручников. Теперь он должен опустить мою правую руку, завести её за спину, продеть в петлю и затянуть наручники. После этого я перестану быть опасным. Левой рукой он держит меня за запястье моей левой руки.

Начинаю!

Я выворачиваю левую руку из его захвата, сам хватаю его за запястье и резко разворачиваюсь левым плечом вперёд. Вова делает шаг вперёд, я шаг назад. Он оказывается между мной и Фёдоровичем. Стрелять тот не может, спасибо мощной фигуре Вовы, она полностью меня закрывает. Череватов-старший ведёт пистолетом за мной, но не успевает, так как я укрылся за телом сына. Выстрел не звучит. Я толкаю Вову что есть силы на папу, тот сопротивляется, но всё равно делает шаг в его сторону, чем ещё больше загораживает меня. Мы с Вовой одновременно тянемся за пистолетами, Фёдорович смещается в сторону, чтобы перевести прицел на меня. Он делает это уверенно и быстро. Я не успеваю достать пистолет, как звучит первый выстрел. Пуля пролетает рядом с правым плечом, так как я успеваю увернуться. Ствол у Фёдоровича прыгает вверх, у меня появляется доля секунды. Я успеваю достать пистолет, но не успеваю, его направить на Фёдоровича. Второй выстрел! Моя голова просто телепортируется на десять сантиметров вправо, и пуля проносится мимо. Вот это реакция! Отмечаю краем сознания, что Крапива уже на ногах и несётся к машине. Никто в неё не целится. Я успеваю наконец направить руку с пистолетом на Фёдоровича, как звучит третий и четвёртый выстрел. Третий это снова Череватов-старший, а четвёртый – его сынуля. Ганфацтеры, блин!