Книга Хрупкость, страница 128 – Кортни Ли Винн

— Бедный Корин! – Я смеюсь и одновременно морщусь, представляя, как его во сне атакует маленькая муравьиная армия.

Лекк кивает.

— Бедный Корин.

— Так как же дары джакселов отличаются от даров Хранителей? – спрашиваю я и замечаю, что движения Лихи становятся скованными, а голос сухим.

— Каждый род джакселов связан с шестью сущностями. Многие воины разделяют частицу сущности, что дает нам большую силу. – Лекк хмурит брови, и его лицо становится серьезным. – Что касается Хранителей… Сущность выбирает Хранителя и объединяется только с его душой. – Он снова хмурится. – Слишком много силы для одной души, если хочешь знать мое мнение.

В моем любопытном разуме рождаются все новые и новые вопросы.

— Но ведь Хранители жили дольше, чем джакселы? Что с ними случилось?

— Мои предки о них не рассказывали, потому что, по правде говоря, Хранители были тщеславны и позволяли почитать себя, как богов. Мы ненавидели друг друга, но насколько мне известно, Хранители могли прожить больше одной жизни… Полагаю, это нечто вроде цикла перерождения. Никто не знает, что с ними случилось. Они просто исчезли.

Лекк смотрит в сторону зала, где оставил своих друзей, и у меня появляется чувство, что он хочет вернуться домой, потому что беспокоится за их безопасность.

Я с неохотой выполняю просьбу отца и прошу его остаться на ужин и поединок.

Мы с Джаспером возвращаемся в «Красную маску», где Хелина уже разносит напитки посетителям, которых становится все больше. Джаспер просит меня держаться поблизости, потому что к ним может зайти один из меценатов Реда.

Я выполняю его просьбу. На мне роскошный черный костюм Реда со вшитыми в манжеты черными кристаллами и красная маска, как у всех танцовщиц.

Я сижу за столиком, где обычно ожидают встретить Реда. Отсюда мне виден весь зал, полный танцовщиц в красных нарядах. После того как Хелина сказала им, что все их долги будут прощены, многие покинули «Красную маску», и сцена выглядит опустевшей.

Женщина со стуком ставит передо мной стакан с медовым ромом. Она наклоняется ближе, демонстрируя вырез платья.

— Хелина сказала, что я найду тебя здесь. – Я погружаюсь в ее воспоминания и вижу, что она одна из девушек Реда, которая часто передает ему деньги в обмен на его внимание. Мне сложно поверить, что все эти девушки поступают так не из-за угроз или по принуждению.

Я нахожу глазами Хелину, которая с утонченно-огненной грацией танцует на одной из сцен. Теперь я понимаю, почему Ред всегда держал ее при себе. Посетители бросают ей деньги.

Я благодарно киваю, но женщина не уходит. Ее взгляд скользит по моей груди и подбородку, и наконец она произносит:

— Ты сегодня какой-то другой, Ред.

Я наклоняю стакан и перекатываю его туда-сюда, вращая содержимое по кругу.

— Вот и хорошо.

Она прикусывает губу, и я тут же вспоминаю, как Низзара, облаченная в почти невидимую ночную сорочку, призналась, что в своих фантазиях представляла, как я ее обнимаю.

Проклятие! Тогда я с трудом удержался, чтобы не принять свой истинный облик.

Ее слегка прикушенная губа чуть не свела меня с ума. Напрасно я пытаюсь загнать это воспоминание поглубже, где ему самое место.

Женщина склоняется к моему столику.

— Ты давно не звал меня к себе, Ред. В спальне тебя ждет пожертвование.