Книга Помадка, фадж и покойник, страница 51 – Моргана Бест

Через несколько минут вернулась медсестра. Она была обклеена пластырями и даже забинтована кое-где, а из-под повязок местами проступал какой-то странный зелёный порошок.

— Что это на вас такое? – спросила Летти.

— Кажется, это какая-то кошачья мазь для наружного применения, – пожала я плечами. – У меня дома есть похожая. Думаю, ветеринары и персонал сами себя лечат тем, что под рукой. А почему бы и нет?

Летти уставилась на меня как на ненормальную. Прежде чем она успела что-то сказать, ветеринар поманила нас в процедурную. Мы покорно последовали, боясь представить, что там увидим.

На смотровом столе ходила ходуном переноска. По всей комнате валялись инструменты, а кое-где были разлиты жидкости странных цветов. Ветеринар стояла за спиной у медсестры.

— Что случилось? – в ужасе спросила Летти.

— Возникли некоторые трудности, – призналась ветеринар, явно не горя желанием вдаваться в подробности. – Впрочем, снимки мы сделали, – она кивнула на большой экран на стене. – Ключи продвигаются как надо, осложнений я не ожидаю. Если это чудови… – Она осеклась и откашлялась. – Если у кота появятся признаки дискомфорта, покажите его ветеринару. Я заметила, что она сказала «ветеринару», а не «нам», но поднимать тему не стала.

— Вы уверены, что с ним всё в порядке? – спросила я, опасаясь, что он мог покалечиться, когда его выпустили.

— С ним всё нормально, – заверила меня ветеринар, хотя злой взгляд, который она бросила на переноску, уверенности не добавил.

— Я сейчас открою переноску и проверю…

— Нет! – одновременно выкрикнули Летти и ветеринар, отступая назад. Медсестра выбежала из комнаты. Переноска слегка подрагивала – Монгрел кипел, – и я решила, что в их словах, пожалуй, есть смысл. Я подняла переноску, с трудом удерживая её, пока Монгрел тряс её изнутри, и вынесла обратно ко входу. Поставила на пол. Обе собаки в приёмной отпрянули, а женщину с сенбернаром теперь совсем не было видно из-за перепуганного пса у неё на коленях.

Когда я вернулась в холл, снова появилась медсестра.

— Сейчас принесу ваш счёт, – процедила она тоном куда злее, чем, на мой взгляд, имела право. Её не было несколько минут, и я решила, что, может, случилось ещё что-то срочное. Но в итоге она вернулась – с двумя сотрудниками и счётом.

— Вот, – сухо сказала она, протягивая мне бумажку.

— Что?! – сказала я так громко, что все в комнате подпрыгнули. – Это безумие! Рентген не может столько стоить! – Я была вне себя.

— В воскресенье тариф выше, – невозмутимо пояснила медсестра.

— Всё равно, это уже перебор, – сказала я.

— Ну что ж, в следующий раз милости просим в другую клинику, – огрызнулась она со злой улыбкой, и с глубокой ссадины у неё на лбу посыпался зелёный порошок.

— Прошу вас, – взмолилась другая сотрудница, едва сдерживая слёзы. Я вздохнула и заплатила, подхватила переноску Монгрела и понесла её к машине. Мы с Летти вышли из клиники с Монгрелом, сели в машину – и облегчение было почти осязаемым.

Монгрел снова притих, стоило мне усадить его на сиденье, но я-то знала: как только заведётся машина, заведётся и он.

— Ты в порядке, Нарел? – приподняла бровь Летти. – Это было довольно напряжённо.

— По-моему, всё прошло неплохо! – улыбнулась я. – Полезно же выводить Монгрела в люди. Может, будем делать это почаще.