Книга Какао, улики и мурашки, страница 30 – Моргана Бест

— Мисс Майерс, согласно нашим данным, ваши садовые гномы зарегистрированы надлежащим образом. Однако среди жителей наблюдается тревожная тенденция: некоторые полагают, будто вправе самовольно менять зарегистрированные садовые украшения без надлежащего согласования с советом.

— Целостность нашей системы регистрации садовых гномов зависит от неукоснительного соблюдения исходных спецификаций, – объявила Энид. – Любое отклонение может привести к катастрофической неразберихе в нашей картотеке.

Я переводила взгляд с Энид на Бартоломью и думала: вот, значит, каково это – окончательно спятить.

— Вы хотите проверить, не вносила ли я самовольных изменений в композицию из садовых гномов?

— Именно, – произнёс Бартоломью с таким невыносимым самодовольством, что мне захотелось запустить в него лейкой. – Только на прошлой неделе мы обнаружили жителя, который самовольно дорисовал пуговицы на жилете своего гнома. Пуговицы, мисс Майерс! Несанкционированные пуговицы! Вы только представьте, какой это создаёт прецедент!

— Психологическое воздействие на эстетические ожидания сообщества может оказаться разрушительным, – продолжал он, едва ли не вибрируя от бюрократического восторга. – Если мы допустим несанкционированные пуговицы, что дальше? Несанкционированные шляпы? Несанкционированная растительность на лице? Дополнительный садовый инвентарь? Сама основа визуальной гармонии нашего района рассыплется, как плохо приготовленный торт «Павлова»!

Тут до меня дошёл весь абсурд происходящего.

— Вас всерьёз беспокоят… пуговицы?

— Среди прочих нарушений, – сурово сказала Энид; её голос взлетел до таких высот, что мог бы разбить винные бокалы. – Мы также обязаны проверить самовольные перемещения, изменение цвета и добавление сезонных аксессуаров без надлежащего разрешения.

Бартоломью уже маршировал к моим садовым гномам, держа наготове планшет с бумагами.

— Мне необходимо задокументировать их нынешнее расположение и сверить его с первоначальными регистрационными фотографиями. О любых расхождениях придётся доложить Комитету по нарушениям в сфере садовых украшений.

— Какому ещё комитету? – слабо спросила я, чувствуя, будто вслед за Алисой проваливаюсь в кроличью нору, доверху набитую бюрократическим безумием.

— Это чрезвычайно важный подкомитет, – гордо заявила Энид, раздувшись, словно павлин, распустивший хвост. – Бартоломью сам его возглавляет. К своим обязанностям он относится исключительно серьёзно. Его преданность бюрократическому совершенству вызывает у меня искреннее восхищение.

Бартоломью просиял с таким сознанием собственной значимости, словно не было на свете правила, которое он не сумел бы раздуть до двадцатистраничного руководства.

— Кто-то же должен следить за соблюдением стандартов, мисс Майерс. Только в прошлом месяце я обнаружил в этом самом районе целых три случая самовольной перестановки гномов. Три! Лучше даже не думать, какой хаос начнётся, если жители станут передвигать зарегистрированных гномов как им вздумается. Наступит полная анархия в сфере садовых украшений!

Я в ошеломлённом молчании смотрела, как Бартоломью измерял рулеткой расстояние между гномами и с самым значительным видом делал пометки на листе – сосредоточенно, словно расшифровывал иероглифы.