Книга Трюфели, напасти и коварство, страница 26 – Моргана Бест

— А случайное отравление исключено? – спросил Клайд. – Я погуглил бледную поганку, и оказывается, её легко спутать с обычными грибами.

Райкер издал какой-то странный звук где-то в глубине горла.

— Нет, вы же слышали, что сказал доктор Маршалл. Жертва употребила огромное количество грибов, причём неоднократно. Выясните, сам ли он готовил себе еду, и немедленно организуйте обыск у него дома. Не думаю, что нас заставят получать ордер. Если ему готовила Дафна Деламар, то все стрелки указывают прямо на неё.

Они сказали что-то ещё, но снова двинулись дальше, и мы уже ничего не расслышали. Спустя целую вечность – так, по крайней мере, нам показалось – мы выбрались из чулана целы и невредимы. Мы быстро пошли обратно по коридорам, избегая встречаться взглядом с медсёстрами, которые были заняты своими делами.

— Летти, мне конец! – взвыла я, едва мы вышли на улицу. – Ты слышала, что они сказали? Они сказали, что я разорюсь!

— Не переживай, Нарел, – сказала Летти. – Они просто болтали ерунду.

Я схватилась за горло.

— Правда думаешь?

— Нет. Скорее всего, они это серьёзно.

Она подняла обе руки, пытаясь меня успокоить, потом отперла машину.

— Нарел, ненавижу признавать, что ты права, но, похоже, это убийство нам придётся раскрывать самим. В одном я уверена точно: Дафна Деламар этого не делала.

— Откуда ты знаешь?

Летти не ответила и юркнула в машину. Я сделала то же самое. Когда мы пристегнулись, Летти сдала назад, не отрывая глаз от камеры заднего вида.

— Ну почему люди прутся за машиной, которая сдаёт назад? – сердито сказала Летти.

Я ткнула её в бок.

— Ты мне так и не сказала.

Летти бросила на меня взгляд.

— Не сказала что?

— Ты не сказала, почему думаешь, что Дафна Деламар этого не делала.

— Я не думаю, что она этого не делала, – я это знаю. Если бы она его отравила, зачем ей являться на его прощальную вечеринку и устраивать скандал? До этого, скорее всего, никто не знал, что у неё с ним роман, а теперь все знают. Мало того, теперь все знают, что она ещё и устроила с ним громкую ссору.

— А, логично.

Я ещё немного подумала.

— Вообще-то нет. Это совсем нелогично.

Летти выругалась на «водителя в шляпе» перед нами. В австралийской глубинке так называют фермера в большой шляпе, который ездит как попало: еле тащится с какой-то ничтожной долей разрешённой скорости, никогда не включает поворотник ни до, ни во время поворота – разве что, бывает, включит через пару минут после – и норовит резко затормозить без всякой причины. Этот водитель в шляпе тащился десять километров в час там, где разрешено пятьдесят. Летти наконец удалось его обогнать – и, разумеется, в этот самый момент он прибавил скорость и вильнул прямо на нашу полосу.

— Что ты сказала, Нарел? – она показала водителю в шляпе неприличный жест, а он в ответ радостно помахал рукой.

Я всё ещё судорожно держалась за сиденье.

— Я сказала, что это не сходится. В смысле, она вполне может быть убийцей, потому что могла нарочно разыграть эту сцену, чтобы все решили, будто только в тот вечер она узнала, что он ей изменяет. Это сняло бы с неё подозрения, понимаешь?

Летти промолчала, и я продолжила:

— Мы же слышали, как детективы и врач говорили, что Стэна на самом деле отравили ещё несколько дней назад. То есть тогда, несколько дней назад, он впервые съел бледные поганки. Понимаешь, к чему я веду?