Книга Я – «гадкий утёнок» королевской семьи, страница 46 – Александра Звездочёт

Внезапно почувствовав, как чьи-то руки скользят по его спине, плавно поднимаются вверх и сцепляются там в кольцо, Ракхтар в ту же секунду вернулся к действительности, с усилием выныривая из собственных мыслей. Только сейчас он заметил, как близко наклонился к лицу девушки, похоже, глубоко задумавшись и не замечая этого, пока ее прикосновение не заставило его опомниться. Он попытался осторожно выпрямиться, но понял, что так просто это сделать не удастся.

Мужчина раскинул руки и оперся ими о кровать, нависнув над поймавшей его в «капкан» Сиренекрылой, и тихо, раздраженно потребовал:

— Отпусти…

Его белоснежные радужки приобрели глубокий багровый оттенок: Арахнид терпеть не мог, когда к нему прикасались. А в особенности его спины — самой незащищенной части тела. И чем сильнее он злился с каждой секундой, тем быстрее разрывались и растягивались уголки его рта, обнажая острые клыки и ядовитые паучьи челюсти.

Во второй попытке высвободиться от нежелательных «объятий» Ракхтар почувствовал, что хватка девушки, удивительно сильная для бессознательного человека, начинает ослабевать: тонкие кисти наконец разжались и скользнули вниз.

Взяв Сиренекрылую за запястья, он не спеша опустил их на кровать. Но когда мужчина уже собирался убрать руки и встать, он обнаружил, что ее пальцы, как нарочно, вцепились в один из рукавов черного камзола, и теперь снова даже и не думали отпускать его.

— Я обычно отрубаю конечности за такие вещи, — сердито пробормотал он, одним резким движением выдергивая ткань из ее пальцев.

— Не… уходи…

Арахнид бросил на принцессу выразительный взгляд и замер, не двигаясь. Она сейчас разговаривала с ним? Нет… Просто бессвязный бред, вызванный воздействием лихорадки на организм? Или же ей что-то снится?

По раскрасневшейся щеке скользнула слеза, скатившись вниз и оставив за собой лишь влажную дорожку.

— Не покидай… меня… — шептала девушка еле слышно, с большими паузами, слегка подрагивающими губами, — не уходи… Не… уходи… снова…

«Жалкая, — пронеслось в голове Ракхтара, и кипящий гнев начал медленно, но верно отступать, — сердиться на таких, как ты, было бы для меня настоящим позором».

Мужчина неторопливо подошел ближе и в последний раз склонился над девушкой, протягивая к ней руку так, чтобы она уже не смогла неожиданно схватить ее.

— Не пойми меня превратно, — тихо сказал он, со всей возможной осторожностью касаясь пальцем ее щеки, тем самым позволяя слезинке скатиться по нему и, скользнув по краю черного когтя, упасть на белоснежную перину. — Я всего лишь не хочу выглядеть монстром в глазах крылатых целителей, которые будут здесь с минуты на минуту, — закончил он, выпрямляясь.

И тут Ракхтар с удивлением, смешанным с замешательством, заметил, что уголки губ принцессы слегка приподнялись в легкой улыбке. Вымученной, но в то же время такой настоящей, такой искренней.

— Считай это небольшим извинением за то, что вовремя не обеспокоился твоим состоянием, бросил тебя в подземелье и оставил наедине с грязными крысами.

— Боже мой, какая пре-елесть.

В голову словно ударила молния, и он почти неслышно выдохнул, придав своему лицу такое же безразличное выражение, каким оно было еще совсем недавно. А затем, как ни в чем не бывало, развернулся.

— Ревайр.