Книга Я – «гадкий утёнок» королевской семьи, страница 26 – Александра Звездочёт

— Я не сбегу, у меня совсем нет сил, — заверила я, не сдаваясь. — Разреши мне хотя бы обнять мою младшую сестру на прощание.

Поразмыслив над этой просьбой, мужчина молча снял с плеча мое связанное тело, поставил на ноги и несколькими взмахами своих не очень длинных, но острых черных когтей разрезал белые липкие путы.

Я упала на колени, часто задышав и закашлявшись. Заплаканная Эледир уже со всех ног неслась ко мне, потряхивая пышными пурпурными юбками своего платья.

— Исилия!

Приподнявшись на одно колено, я поймала сестру и заключила в крепкие объятия, зарывшись носом в ее волосы. Длинные перекрученные локоны щекотали мне лицо, на глаза навернулись слезы. Я чувствовала, как подрагивают детские плечи, но не могла ничем ее успокоить.

Что я должна была сказать? Что вернусь к ней раньше, чем она успеет по мне соскучиться? А произойдет ли это в действительности?

— Исилия, не ходи с ними, они плохие, — пробормотала Эледир, шмыгая носом и всхлипывая.

— Эй, ну ты чего расклеилась? — Я притянула ее ближе к себе и провела ладонью по спине, поглаживая и похлопывая. — Ну все-все, перестань, не плачь. Со мной все будет хорошо, слышишь?

— Нет, ты врешь… ты все врешь! Папа тоже говорил, что с мамой все будет хорошо, но ее больше нет! Я больше никогда ее не увижу! И тебя, наверное, тоже никогда не увижу! — Она подняла свои большие умоляющие глаза, и все внутри меня сжалось от боли. — Исилия, не уходи! Не уходи, как ушла мама!

Даже несмотря на сильнейшую боль внутри, я не могла сейчас поддаться эмоциям и разрыдаться, особенно в присутствии Эледир. Уж не знаю, что ждет меня в плену Арахнидов, но я должна сделать вид, что все будет хорошо, хотя бы ради моей любимой сестры.

— Знаешь что? Вот…

Я распустила свою высокую замысловатую прическу, вытянув из нее две большие заколки с декоративными гроздьями сирени, и протянула их Эледир. Прохладные русые локоны мягко упали на мои обнаженные плечи, покрыв их мурашками.

— Возьми. Когда-то это был подарок мне от нашей матушки, а теперь пусть это будет подарок от меня тебе. Нет, не так… пусть это будет подарок от нас с матушкой тебе.

Повернув сестру спиной, я положила на ее ладони две красивые заколки: пышные фиолетово-лиловые цветы сверкали яркими блестками, а рядом примостились две маленькие сиреневые бабочки. Они были очень похожи на тех, что не так давно зажигали цветы в тронном зале.

— С завтрашнего дня отсчитывай ровно месяц, хорошо? — Я в последний раз обняла ее сзади и поцеловала в макушку, зажмурившись. — Эледир, я обязательно вернусь к тебе. А матушка… матушка никогда не покидала нас. Она сейчас на небесах, и я уверена, что ей очень не нравится, что ты плачешь. Ты хочешь расстроить матушку?

— Не хочу, — ответила младшая, в последний раз вытирая глаза кулачками.

— Тогда не плачь, наберись терпения и жди меня. Хорошо?

— Угу…

Когда я была уже на полпути к ожидающим Арахнидам, меня вдруг окликнул твердый голос Равендиса:

— Исилия.

Я удивленно обернулась и встретилась с его решительным взглядом. Хотя мужчина, видимо, потерял сознание еще в коконе от недостатка кислорода и только недавно очнулся, он выглядел вполне бодрым и в целом держался молодцом.

— Я спасу тебя. Спасу и женюсь на тебе.

— Как романтично, меня сейчас стошнит, — закатил глаза брат Ракхтара.