Книга Испытание гордости. Возлюбленная юга, страница 26 – Ярослава Баженова

Мылась быстро, стараясь не слишком плескаться, да и вообще не привлекать к себе внимания. Осторожно поднялась на ноги, оглядевшись, чтобы понять, что я не взяла полотенце. Оно так и осталось лежать на постели. Ох, со всем этим совершенно забываю о необходимых вещах.

Осторожно отодвинула занавеску, понадеявшись, что лорд решил куда-нибудь уйти, но нет. Он до сих пор стоял подле окна ко мне спиной. Просить его о подобном казалось унизительным, но я, сжав руки в кулаки, произнесла:

— Не могли бы вы подать мне полотенце, пожалуйста? — вежливо и холодно, старательно не выдавая своих истинных эмоций.

— Вы закончили? — осведомился у меня мужчина, развернувшись, похоже, чтобы подойти к постели. Я тут же отпрянула назад, чуть не упав на спину вместе с тазом.

— Д-да, просто забыла полотенце, — произнесла, напряжённо прислушиваясь.

По тени было видно, что Император взял нужную мне вещь и теперь стремительно приближался к углу. Перед занавеской он замер, и я протянула руку, чтобы забрать полотенце, но не успела. Шуршание — я понимаю, что стою без какого-либо укрытия абсолютно нагая перед Его Величеством.

Тело бросило в жар. Я почувствовала, как кровь вначале отхлынула от лица, но в скором времени расцвела на скулах ярко-алым румянцем. Некультурно визгнув, я всё же отпрянула, поспешив прикрыться руками, но оступилась, полетев спиной назад. Смущение перемешалось со страхом, перед глазами мгновенно встала лестница и усмешка леди Фельиды.

Однако Император был быстрее, сделав короткий шаг навстречу, он притянул меня к себе, совершенно не реагируя на то, что его одежда начала промокать. Стоя прижатой к мужской груди, я сгорала со стыда, попытавшись отдышаться. Пошевелиться так и не посмела. Испуганно прислушиваясь к себе, понимая, что помимо имевшихся там эмоций страха и не правильности, появилось неизведанное ранее тепло в груди и чуть ниже живота.

— Отдайте, пожалуйста, полотенце, — хрипло произнесла куда-то в его плечо, так и не посмев освободиться от мужских рук.

— И никаких криков: «как вы смеете?!», не будет? — насмешливо поинтересовались, уложив на мою голову подбородок. — Вы так чудесно пахнете, Аврора, — а вот это было уже сказано с неким придыханием.

— Пустите, — пискнула, всё же попытавшись упереться ладонями в грудь, — пожалуйста-пожалуйста, пустите.

Однако лорд не обращал никакого внимания на мои слова, вместо этого внезапно нагнувшись, подхватил под колени, подняв на руки. Вода шумно потекла вниз, капая и в таз, и на пол. Я зажмурилась, чувствуя, как бешено, бьётся в груди сердце. Несколько шагов, и меня посадили на кровать, накинув на плечи полотенце.

А после кровать прогнулась, Император сел рядом со мной. Он начал делать то, что я никогда и никому не позволяла, даже во время праздничного купания. Его Величество начал меня вытирать! Шею, одну руку, вторую, спину, грудь, живот. На последнем я воспротивилась, попыталась отпихнуть наглеца прочь, но добилась противоположного.

Полотенце резко упало на бёдра, меня же жёстко опрокинули на спину. Широко распахнув глаза, я забегала взглядом по напряжённому лицу Императора, что нависал надо мной, расставив руки по обе стороны от моих плеч. И столько непоколебимой решительности было в нём, что нечто в моей груди болезненно сжалось.