Книга Злодейка не хочет развода!, страница 74 – Ива Лебедева, Екатерина Скибинских

— При том, что ты сидишь на моих коленях, засыпаешь на ходу и умудряешься при этом дерзить. — Милад покачал головой, но в его голосе не было ни капли настоящей строгости — только безграничное обожание.

Он легко пересадил меня поудобнее и развернул кресло к выходу.

— Мама, Корвин, оставьте этот бумажный хаос как есть, — распорядился лорд ректор, уезжая вместе со мной в сторону жилого крыла. — Слуги уберут утром.

— Доброй ночи, дети, — величественно кивнула Лилиан, аккуратно складывая эскиз почетного знака в сумочку. На ее лице, вопреки позднему часу, не было ни единого следа усталости — только предвкушение скорого триумфа над столичным бомондом.

Корвин лишь беззвучно и очень тоскливо вздохнул, тихо притворив за нами дверь гостиной. Ему-то, бедолаге, явно предстояло спать гораздо меньше нашего — протоколы и прочие документы сами себя не упорядочат.

Пока мы добирались до нашей спальни, я окончательно обмякла, уткнувшись носом в шею Милада. От него приятно пахло ночным воздухом, дорогим парфюмом и тонкими нотками каких-то магических реагентов.

— Ну, рассказывай, стратег в юбке, — тихо проговорил муж, как только мы оказались в комнате. Он помог мне перебраться на огромную, манящую прохладными простынями кровать и принялся аккуратно стягивать с моих ног туфельки. — Каким образом в твой план по спасению сирот затесался его величество? Я, конечно, привык к твоим масштабам, но вербовать короля на благотворительность — даже для тебя сильно.

— Все очень просто, дорогой ректор, — пробормотала я, блаженно зарываясь лицом в мягкую подушку и краем глаза наблюдая, как Милад расстегивает пуговицы своего сюртука. — Нашему королю позарез нужно поднять рейтинг среди простого народа после недавних налоговых реформ, верно? Верно. А тут мы со свекровью предлагаем ему стать верховным покровителем фонда. Мы не просим у него денег, только его имя и королевское одобрение. Он получает народную любовь и звание главного защитника обездоленных, а мы — абсолютную неприкосновенность от любых проверок, зеленый свет во всех инстанциях и гарантию, что ни одна светская змея не посмеет фыркнуть в сторону нашей организации. Ну и так, по мелочи, чтобы наши награды были королевскими, а не просто красивыми побрякушками. Торжественное вручение, королевский вестник, официальные статьи, звания… ну и вот это все. И даже налоги для благотворителей снижать не придется, они за красивую цацку с престижем и так в драку кинутся денег давать.

Милад замер, держа в руках снятый сюртук, и на несколько секунд в спальне повисла тишина. Затем он тихо рассмеялся, качая головой.

— Невероятно… Юэль, ты пугаешь меня своей практичностью. Если бы ты попала в Королевский совет, министры сбежали бы в отставку в полном составе через неделю.

— Скажи спасибо, что я использую свою гениальность исключительно в мирных целях. — Я сыто зажмурилась, когда он наконец забрался под одеяло и притянул меня к своему горячему боку. — Кстати, дорогой… что мы будем делать с Янидом?

— С моим братом? — испугался муж. Даже кубики на прессе напряглись под моей рукой. — А что ты с ним хочешь сделать?!

— Да не бойся ты так, никто не собирается делать с ним ничего страшного. — Я лениво погладила ладонью эти самые напрягшиеся кубики, заставив мужа судорожно выдохнуть. — К самому Яниду у меня претензий нет, он парень ведомый и влюбленный по уши. А вот его дражайшая невеста, Арин Веллес… О, к этой милой девочке у меня накопился о-о-очень длинный счет.