Книга Стань моей истинной, страница 17 – Юлианна Клермон

— Но Вы, так понимаю, хотите поставить непреложные знания под сомнение, не так ли? Именно поэтому Ваш отец настаивал на нашей встрече?

Я вздрогнул и медленно перевёл взгляд на Марана.

— Да, профессор, — я подбирал правильную формулировку, но в итоге не выдержал и задал вопрос в лоб: — Может ли в связке «Альфа-Омега» место альфы периодически занимать зверь?

Маран резко подался́ вперёд.

— А вот это уже интересно! — с азартом воскликнул он.

Глаза учёного блеснули, и я окончательно уверился в фанатичности Марана.

А тот, между тем, продолжил:

— С тех пор, как появился разрыв Материи, и обитатели двух Миров стали взаимодействовать, прошло практически триста лет. И более двухсот из них медицина была, сами знаете, на каком уровне.

Профессор поморщился.

— Но не далее как восемьдесят лет назад произошёл резкий скачок в развитии технологий. И медицина не осталась за бортом. Кроме создания лекарственных средств от известных болезней, наши учёные занялись изучением влияния крови некоторых людей на физиологические способности Оборотов, а точнее, их зверя.

— Но этим занимались не люди… — я удивлённо вскинул брови.

Маран довольно улыбнулся и поднял вверх указательный палец, предлагая дослушать.

— Человечество не сразу приняло тот факт, что кроме них, на планете обитают и другие разумные существа. Люди посчитали Оборотов агрессорами. Да, открытых конфликтов не было, но мелкие нападения и молчаливое противостояние можно встретить до сих пор.

Покивав своим мыслям, учёный продолжил, а я слушал, затаив дыхание.

— Ни в одном учебнике истории это не описано, но стычки между людьми и представителями вашего Мира случались. Власти старательно скрывали их истинные причины. Слава богам, смертельных случаев не выявлено, поэтому в полицейских хрониках данные акты агрессии отмечены, как банальное хулиганство.

Учёный усмехнулся про себя и снова внимательно посмотрел мне в глаза.

— Так вот, молодой человек, в результате некоторых стычек Обороты абсолютно не пострадали, хотя люди нападали толпой. Синяки, ссадины и царапины были только у нападавших. Это заинтересовало кое-кого из наших учёных. Он исследовал кровь пострадавших и выяснил, что у некоторых она имеет свои особенности и положительно влияет на состояние здоровья Оборотов.

— Вы хотите сказать, — я сжал подлокотники и наклонился вперёд, — что не Обороты, а именно люди открыли для нас немагов?

— Именно так, господин Рихар. Только не люди, а один человек.

Маран расслабленно откинулся назад и улыбнулся.

— Профессор Альм Да́рис на протяжении десятка лет изучал данный феномен. Он же отыскал некоторых «свежих» пострадавших и, проверив их кровь, пришёл к выводу, который мы сейчас имеем. Это могло поставить наш Мир во главу угла. Правительство могло начать диктовать свои условия Миру Оборотов, — Маран многозначительно помолчал. — Но Дарис обратился со своим открытием напрямую к Оборотам, после чего пропал, а его лаборатория была уничтожена.

Профессор задумался, пожёвывая нижнюю губу и уставившись в дальний угол лаборатории.

— Он открыл существование немагов? — догадался я.

— Да! Но об этом объявило правительство не нашего, а вашего Мира. Думаю, тогда же главы наших Миров заключили взаимовыгодный союз, в результате которого был создан Единый медицинский центр, — подтвердил мою догадку профессор. — Его цель — поиск немагов, а также контроль над пунктами приёма крови.