Книга Стань моей истинной, страница 105 – Юлианна Клермон

Марика всхлипнула, после чего её колени подогнулись, окончательно отказываясь повиноваться хозяйке. Я тут же подсадил девушку на себя, разведя её ноги в стороны и вжав спиной в заднюю стенку кабинки. Не осознавая, что делает, Марика руками обхватила меня за шею и прижалась лбом к плечу, ловя ртом воздух.

Не в силах больше сдерживаться, я одним быстрым движением вошёл в неё, а она крепко сжала меня ногами и громко застонала.

— Милая, нежная, чудесная моя, — зашептал на ушко, начав двигаться в ней и едва сдерживая довольный рык.

Через несколько минут девушка вцепилась ноготками мне в плечи и задрожала, а я ускорил темп. На мгновенье Марика замерла, потом выгнулась дугой и, издав полувсхлип-полустон, постепенно начала оседать. Ощущая всё нарастающее напряжение, я быстро догнал Рику и всё-таки зарычал, испытав невероятное наслаждение.

Опустив девушку на пол, я ещё около минуты стоял, прижимая её к себе и чувствуя невероятное единение. Сверху на нас лилась тёплая вода, остужая разгорячённую кожу.

Выключив душ, я снял с крючка полотенце и завернул в него так и не открывшую глаза Марику. А потом подхватил её на руки и отнёс в спальню. Она не сопротивлялась и ничего не говорила, спрятав лицо у меня на груди.

Я сел на кровать, устроив девушку у себя на коленях.

— Помнишь, ты сказал, что боишься, будто я тебе снюсь, — вдруг прошептала она.

— Помню, — ответил и прижался губами к её виску.

Марика вздохнула.

— Мне кажется, если я сейчас открою глаза, то проснусь и пойму, что тебя нет, — в её голосе послышался страх.

Я немного отстранился и пальцами приподнял лицо девушки.

— Посмотри на меня, — шепнул в губы. — Я здесь, с тобой, самый что ни на есть настоящий. И поверь, теперь ты от меня не избавишься. Ни во сне, ни наяву.

Я улыбнулся и губами нежно коснулся чуть дрожащих губ Марики. Маленькой ладошкой она осторожно провела по моей груди, будто убеждаясь в моей реалистичности, и открыла глаза.

— Привет, — улыбнулся я.

— Привет, — ответила она с заминкой и погладила меня по щеке.

Не разрывая зрительный контакт, я перехватил её руку и поцеловал ладонь.

— Настоящий? — спросил, приподняв бровь.

— Очень, — робко улыбнулась девушка, и в этот момент в номер постучали.

— Доставка, — донеслось до нас.

— Обед принесли, — пояснил Марике и чмокнул её в нос. А потом повернулся в сторону двери и крикнул: — Одну минуту!

Поднявшись, я положил девушку на кровать и прикрыл краем покрывала, а сам накинул халат и прошёл на выход.

— Дальше я справлюсь, спасибо, — сказал официанту, забирая сервировочный столик и закрывая дверь.

Когда я вкатил столик в комнату, Марика уже стояла посреди спальни и завязывала пояс халата.

— Нам нужно поторопиться? — спросила она, садясь в кресло и жадным взглядом впиваясь в доставленные блюда.

— Пара часов есть, — сказал, присев на кровать. — Поэтому ешь спокойно. Ты, наверное, уже двое суток голодная.

— Позавчера ужинала, — согласно кивнула девушка, придвигая к себе тарелку с нежным крем-супом.

Некоторое время мы ели молча, но, утолив первый голод, Марика вскинула на меня глаза и спросила:

— Ты ещё что-нибудь узнал про истинность?

— Узнал, — я оторвался от запечённой рыбы и рассказал про наши с Мараном наработки и найденные истинные пары. Вспомнил о том, с каким теплом и немного завистью отзывался Франс Ли о любви своих родителей. И о бесконечной сердечной боли Валента Аксюмура и его запечатанном звере. Рассказал, что Маран встречался с третьей парой, у которых родилось трое детей, а не двое, как обычно бывает у Оборотов.