Книга Стерва для ботана, страница 51 – Юлианна Клермон

Но сердце всё равно колотится, и руки подрагивают.

«Приедем, расскажем. Тебе понравится», — после долгой паузы отвечает она.

Я убью эту Милку с её любовью к интригам.

Санитарка приносит обед и буквально впихивает его в меня.

К моменту прихода девчонок я уже на взводе.

— Ну?! — встречаю их прищуренным взглядом, когда они заходят в палату с этими своими загадочными рожами.

Подмигнув, Милка отдаёт мне зарядку, кладёт на тумбочку ноут и плюхается на стул.

Снежка и Алеся, не менее хитро перемигиваясь, запихивают в холодильник какие-то контейнеры, ставят возле тумбочки пакет с одеждой и усаживаются на соседнюю кровать.

— Да говорите уже, — цежу сквозь зубы.

— Короче, новость намбер ту, — сверкнув глазами, выдыхает эта интриганка. — Не самая важная, но тоже огонь. Лыгина выселяют.

— Этого и следовало ожидать. Я даже не сомневалась в нашей Аве, — хмыкаю. — Ей «проблемные студенты» не нужны, как она говорит. Странно, что меня не выкинула.

— Перетопчется, — вспыхивает Алеся. — Тебя выселять не за что.

— Это ты ей скажи, — кривлюсь. — А теперь давай главное. Что с Самерским?

Милка довольно кивает и, широко улыбнувшись, подаётся вперёд.

— Ты сейчас упадёшь.

Ещё минута, и упадёт уже она. С моей помощью.

— Мил, я тебя сейчас прибью, — прищуриваюсь.

Она выдерживает театральную паузу, а потом скороговоркой выпаливает:

— Новость намбер ван. Самерский — не тот, за кого себя выдавал.

— Что?.. В каком смысле?

— Никакой он не сын дипломата, прикинь, — не выдерживает Снежка.

— Объясните нормально, — хмурюсь. — Это как?

— А так, — хмыкает Алеся. — Нас сегодня к ректору вызвали. По поводу драки. Не дёргайся, мы всё объяснили. А пока ждали за дверью, секретарша трепалась по телефону…

— И почему бы не подслушать? Тем более тема — огонь, — перебивает Снежка, едва сдерживая злорадную улыбку.

— Покороче можно? — осекаю их.

— Короче, — мстительно улыбается Милка, — Самерский из какого-то мелкого городка. Учился в Питере, но накосячил. Вот и перевёлся к нам, чтобы не вылететь с выпускного курса…

— А тачка не его. Кто-то из дружков дал попонтоваться, — вставляет Снежка.

— И теперь: машина разбита, по аварии административка, лишение прав обеспечено, — загибает пальцы Алеся. — Короче, дно.

— В общем, — Милка выжидательно смотрит на меня, — золотой мальчик оказался с позолотой.

Хмыкаю.

Не испытываю ни жалости, ни злорадства. Собаке собачья смерть.

Но по факту Самерский такой же, как и я. Тоже носит маску.

По сути, мы оба играли. Он мажора, а я — стерву.

Лжемажор и лжестерва.

Бывает же совпадение…

— Элин, — зовёт Снежка, не дождавшись моей бурной восторженной реакции, — ты понимаешь, что это значит?

— Что? — приподнимаю бровь.

— Пока ты за ним гонялась… настоящий сын дипломата тихо бродил где-то рядом. И, возможно, до сих пор бродит… неподобранный.

— Как выйдешь из больницы, можно будет его пробить, — подхватывает Алеся. — Ну как тебе сенсация? Ого-го?!

Девчонки смеются.

Я же холодно улыбаюсь, а потом поправляю одеяло и говорю:

— Знаете, девочки, о чём я подумала?

— О чём? — оживляется Алеся.

Несколько секунд молчу, подбирая слова.

— Пошли они все. И дипломаты, и недодипломаты.

Они переглядываются.

— В смысле? — прищуривается Снежка.

— В прямом, — пожимаю плечами. — Не буду больше ни за кем гоняться. Ни выбирать. Ни просчитывать. На хрен их. Задолбали.